Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

(no subject)

Иисус - выдумка поповщины.
Его литературные похождения - довольно унылы и несвязны.
Он ни фига не герой, а типичный сектант.
Пасха еврейский праздник, они пусть и празднуют.

И не долбите мозг.

Отрекшиеся священники

Наконец начался прием. В кабинет владыки мы вошли вместе. Принимая благословение, я краешком глаза заметил, что владыка в добром расположении духа. Такой же изучающий взгляд метнула на него и Ольга Ивановна. Епископ пригласил нас сесть и поинтересовался, за каким делом приехали.
Держа в руках отчет, я стал говорить о бедности храма, отсутствии необходимой утвари и облачений. Потом заявил, что средства на приобретение всего этого есть, но утаиваются ктитором, что у нее вошло в привычку скрывать истинные доходы церкви. Со всею прямотой я ознакомил владыку с деятельностью Ольги Ивановны и, положив на стол ее отчет, решительно заявил, что липу подписывать не стану.
Закончил я свой доклад так:
— Однажды умный человек предупредил меня, чтобы я не шел наперекор церковному совету. Но я не вытерпел и восстал, и теперь готов к самому худшему. Потому и жду вашего решения.
Владыка с минуту помолчал, задумчиво глядя в открытое окно, за которым ветер раскачивал ветви— ленты березы. Потом, повернув к нам лицо, сказал:
— Все церковные старосты — воры!
— Владыка, — сказал я, несколько смущенный его откровенностью, — перед вами церковный староста нашего прихода, — и я указал глазами на Ольгу Ивановну.
— Да и она такая же, — махнув небрежно рукой, сказал епископ.
— После того, что я вам рассказал, — добавил я, — на меня теперь посыплются жалобы, клеветнические письма. Неизвестные анонимы будут требовать убрать меня из прихода. Может быть, сейчас же подать прошение о переводе в другое место?
— Пусть пишут! Я буду жалобы рвать.
Ольга Ивановна не проронила ни слова. Она сидела перед епископом с красным-красным лицом, и руки ее, сложенные на коленях, заметно дрожали. Дважды пыталась она что-то сказать, и какие-то нечленораздельные звуки срывались с ее губ, но владыка не задал ей ни одного вопроса и, досадливо махнув рукою, сделал знак, чтобы она замолчала.
Вышли мы от епископа вместе, но тотчас расстались. Встретились в поезде, но всю дорогу Ольга Ивановна сидела неподвижно с закрытыми глазами и хранила упорное молчание. Не проявила она желания поговорить со мной и в машине. Ушла, не попрощавшись. Вот как я ей насолил! Нет, уж она этого вовек не забудет и не простит. Так и жди от нее новых, гадостей.


К предыдущему - книги отрекшихся при Хрущеве священников. Некий добрый человек не забыл об обещании переделать фотографии в интернет-книги. Теперь можно читать книги в двух форматах - пдф и джавю. Даже с оцифровкой, хотя и посредственной. Получилось лучше, чем я ожидал, хотя качество печати не везде хорошее, да и размер страниц страшно скачет.

Отрывок был для затравки. А качаем здесь - https://disk.yandex.ru/d/sYKQTwl3Iu40Bw

Обличения отрекшихся

По просьбе yadocent в библиотеке просмотрел и перефотографировал на телефон три книги 1960-х про разочаровавшихся в религии и отрекшихся советских священников.

И.П.Бородин, "Перед судом совести". 1963 год.
К.в.Беляев, "Под сенью храма". 1960 год.
А.Б.Якушевич Раздумье о вере. 1961.

Фото прилагаются. Желающие могут слепить их в пдф-джвю и прочие форматы. Только сразу предупреждаю, о качестве съемки речь не идет вообще, не те были условия. Так что фото неважные и лепите как знаете.

https://disk.yandex.ru/d/DYTfHGAIgCOeuA

Да и качество литературы довольно спорное. Все книги имеют четко выраженную пропагандистскую направленность. Первые две, хоть и сделаны в совершенно разных местах, выстроены по идентичному шаблону. Вначале авторы рассказывают как в детстве их под гнетом военных лет завлекли в свои сети священники. Потом - про то, как они учились на священников и уже тогда познакомились со всеми язвами и пороками церкви. Потом идет обличение бездуховности, стяжательства, обмана и лицемерия духовенства на многочисленных примерах из личной практики. Далее авторы утверждают, что пытались найти утешение в Библии и начинают критиковать ее на основе противоречий и научного материализма. В конце они описывают, как отошли от веры, а также провозглашают, что только на основе материализма и отказа от суеверий можно построить коммунистическое общество и помочь советскому народу и трудовому пролетариату. Так примерно весь текст, где коммунистические лозунги вставлены повсеместно.

Третья немного отошла от шаблона, но несильно. В целом там довольно схожая структура, но основная фабула другая. Текст идет от первого лица и как бы в форме дневника. Видно, что это если и дневник, то кардинально переработанный, потому что текст литературный, много попутных отступлений вперед и назад и обличений. Но все же это более-менее связная история службы священника в одном из провинциальных приходов.

Из книг создается впечатление, что в церкви не было вообще ни одного честного человека. Все поголовно - лицемеры, обманщики, выжиги, которые готовы пойти на любой обман, любое преступление ради лишней копейки. Никто не верит в бога, все воруют, берут взятки, выжимают соки из верующих, спекулируют свечами, пропагандируют мракобесие, ложь и бесчеловечность. Все мыслимые и немыслимые поводы для критики аккуратно перечислены и представлены на живых примерах, вплоть до обманщиков-сектантов, мошенников-целителей, священников-симпатизантов американским баптистам, нацистских пособников и т.д. Если и есть в церкви приличные люди - то это авторы и немногие их знакомые, которые скоро должны покинуть церковь.

Тем не менее, книги дают яркие, живые и очень интересные примеры и характеры жизни провинциального духовенства 1950-60-х и всех мыслимых его пороков. А также в них перечислены многочисленнейшие серые и черные схемы церковного обогащения тех лет. Думаю, многие из них не устарели и сегодня, так что книга будет интересна в том числе и церковникам.

(no subject)

В апреле 1918 г. в поселке Янгельском Верхнеуральского уезда фронтовиками был расстрелян священник поселковой церкви как «организатор контрреволюции». Вскоре в поселок прибыл отряд красных партизан под командованием Н. Д. Каширина. На собрании, созванном по его приказу, местный большевик Богомолов объявил казакам, что «если кто будет идти против рабочего класса, то тем будет место на той горе, где расстрелян священник» [14]. В свою очередь белые отряды также расправлялись со священно- и церковнослужителями за «приверженность к большевизму». Например, в шахте старого прииска неподалеку от поселка Масловского 24 июня 1918 г. был застрелен диакон станицы Уйской Покровский; до расправы его десять верст гнали привязанного к телеге и побиваемого плетьми [15].

14. ОГАЧО. Ф. П-596. Оп. 1. Д. 236. С. 58–59.
15. Там же. С. 105.


Е. Д. Королёва. Прошение сестер Казанского женского монастыря города Троицка в губЧК как свидетельство эпохи Гражданской войны // Гороховские чтения: материалы девятой регион. музейн. конф. / сост., науч. ред. А. Н. Лымарев. — Челябинск, 2018. С. 201.

Хм... Я сначала подумал, что уже читал об этом случае, но нет - явно новенькое. Список растет и множится...

Это тоже пригодится...

В отношении особенностей репрессивной практики обращает на себя внимание отсутствие у белых в прифронтовой полосе на территории губернии стройной системы судебных органов: приговоры выносили до десяти (если принимать во внимание территорию губернии) различных судов (причем в одном только Челябинске — три, в Троицке — два), включая военно-полевые суды при воинских частях. Это свидетельствует об определенной нестабильности состояния правоохранительных органов белых.
Что касается сроков приговоров, то 37 человек были приговорены к 10 годам каторги и выше (вплоть до бессрочной), 35 человек получили наказание в виде каторжных работ на срок менее 10 лет. Вместе с тем даже участие в качестве зачинщиков в деятельности подпольных большевистских организаций или открытый бунт в воинской части, судя по проанализированным анкетам, каралось каторжными работами.
Во всяком случае ими были заменены три смертных приговора. При этом в условиях Гражданской войны ограбление и непреднамеренное убийство могли караться намного меньшим наказанием, чем дерзкий ответ офицеру.

Лампочка Ильича, красноармеец Рыжиков, профсоюз духовенства и Как надо праздновать Первомай

Электрическая канитель.

В приемной уездного председателя Совдепа мнутся с ноги на ногу мужички, гурьбой ввалившиеся к председателю и вопросительно выжидающие.
— Вам, что товарищи.
Просители отвечают не сразу. Они чешут затылки, вертят в руках шайки и, наконец, один из них, решительно запахнувши полы армяка, скороговоркой выпаливает председателю:
— Вот, что Ляксандра, ты отдай назад наш штраф, что намедни на нас наложил. Ей Богу, отдай, сам знаешь деньги мужицкие, половые. Отдай...
Это еще что за новое дело,— удивляется председатель "Ляксандра", большой друг приятель мужиков всего уезда, ней нещадно за малейшую провинность против Совета, сдирающий с мужика семь шкур.
— Да ведь штраф-то черти его знают куда пойдет.
— Что-о-о?! — вытягивается во весь свой внушительный рост председатель — Черти знают, а вы еще не знаете. Подико'сь сюды, — подводит он их всех к выключателю только что установленной электрической лампочки.
— Видишь вот... эту вот.. пуговку. Верти сюда.
Мужик ловит заскорузлыми пальцами пуговку, "вертит сюда" и, щелкнув, выключатель дает свет.
Ааа! — удивленно раскрывают рты просители, крестьяне самого что ни есть захолустья. Это что же говорит то там в пузыречке?
— А это штраф ваш горит, — назидательно говорит председатель, хозяйственный мужик о широким размахом вводящий в уезде всяческие нововведения. Он долго и обстоятельно рассказывает про "эту электрическую махинацию", показывает все: "веревочки, по которым бежит электричество"; пуговку, которая "застегивает и отстегивает электричество", машину, которая "пыхтит, старается, электричество по городу напирает".
Collapse )

Изнасилования в послевоенной Германии

Тут коммари немножко поднял вопрос по поводу очередного воя о "миллионах изнасилованных немок" - теперь банановый и в Австрии. И я вспомнил, что недели три назад полистывал немного и даже сфоткал пару страниц из книги: Мириам Гебхардт. Когда пришли солдаты. Изнасилования немецких женщин во Второй мировой войне.

Подробного пересказа выводов не будет, книжки у меня нет. Но пару выводов я сделаю. Из этой книжки я понял, что тему изнасилований по обе стороны границы предпочитали не педалировать. Во-первых, потому что тогда бы встал вопрос об участии в этом союзников, а во-вторых, тогда бы немецкая нация получила бы унизительный облик жертвы, чего тогда не хотели большинство немцев и общественно-политических сил. Даже сейчас женщины боятся признаваться в изнасиловании, потому что женщины консервативный тупой обыватель любит выдавать за чуть ли не виновницу этого. Ведь изнасилование считается в патриархальном обществе табуированной и неприличной темой, а женщина - подчиненным существом. Вот именно так и было в Германии. По этой причине резкой критике подверглась вышедшая в 1954 г. анонимная книга "Женщина в Берлине" бывшей нацистской пропагандистски Марты Хиллерс, к тому времени уже жившей в Швейцарии. Это дневник берлинки, вышедший на английском в Великобритании и США стараниями ее знакомого-журналиста (тоже бывшего пропагандона), в котором описывались личные впечатления военного времени. В том числе о том, как авторшу несколько раз подряд изнасиловали, из-за чего она вынужденно стала любовницей старшего лейтенанта СССР, а потом и майора.

На негативную оценку повлияли весьма спорные оценки военных реалий, явно преувеличенные слухи и нарушение традиционных для немецкой морали стереотипов - тем более, что Марта успела за время якшания с нацистами во многом отойти от умеренно-консервативных традиций немецкого общества. Были даже требования проверить достоверность этого дневника - оно и понятно, когда авторшу насилуют несколько раз подряд на протяжении десяти страниц, возникают сомнения в подлинности. В итоге она отказывалась ее выпускать вновь, и книгу переиздали аж в 2003 г. Проверка показала частичную подлинность. Основой книги были подлинные машинописные записи, которые "олитературили" в форму монолога. Но при этом большинство текста составляют позднейшие вставки, видимо, аж начала 50-х, в которых авторша а) пыталась изобразить себя отдаленной от нацизма б) тщилась изобразить всех немок пострадавшими женщинами, а не продажными шлюхами. Хотя по сути, как назвать женщину, которая ради обеспечения безопасности становится официальной любовницей победителя оккупационной армии, причем даже тогда, когда риск изнасилований резко снизился? А так с Хиллерс и было! Только не говорите мне, что бывшая журналистка в Москве, хорошо знавшая русский язык и даже в свое время рекомендованная в члены компартии ЦК КПГ - не могла найти защиту иначе. Но все равно, дневник, уже вошедший в традицию пропаганды о миллионах изнасилованных немок, получил широкую популярность и сформировал все шаблоны на тему советских изнасилований. Даже киношку на его основе в Германии сняли, говорят, сильно перевравшую текст.

Это было замечание относительно того, почему не говорили об изнасилованиях. Что касаемо распространенности, то этот вопрос в книге не затрагивается, но у меня создалось впечатление, что масштабы изнасилований в западной зоне (а скорее всего и восточной) позволяли считать это печальным, но невыдающимся эпизодом, вполне соответствующим и "мирному" времени. Настолько, что консервативная часть общества старалась об этом вообще подробно не говорить. То есть, изнасилований было достаточно немного, чтобы их можно было проигнорировать в общественной памяти, пока об этом не появилась охота поговорить уже когда целые поколения стали отделять человечество от войны.

Из этого я твердо решил, что разговоры о изнасилованиях немок, которые куча разношерстных солдат проводит буквально каждый день - явная чушь и вряд ли могла быть даже в густонаселенном многомиллионном Берлине, а уж в провинции и подавно.

Ну, а теперь несколько цитат для привлечения внимания. Особенно внимание на поведение американцев в занятом городе - если захотеть, на его основе можно нарисовать апокалиптическую картину ничуть не хуже, чем в нацистских агитках.

Collapse )

Кстати, судя по редкой статистике в книге, изнасилования "черных" американцев происходили ничуть не чаще, чем у "белых", т.е. афроамериканцы от остальных категорий американской армии ничем не отличались. Другое дело, что современники их чаще выделяли по понятным причинам.

ИВАН ШМЕЛЁВ О ГИТЛЕРЕ И ПРАВОСЛАВИИ

Свистнул у Пахалюка в фейсбучике. Молитесь, чтобы меня не посадили за экстремизм за эту цитатку.

"РАЗДЕЛКА": ИВАН ШМЕЛЁВ О ГИТЛЕРЕ И ПРАВОСЛАВИИ

И. С. Шмелев - О. А. Бредиус-Субботиной.

9.Х.41-26.IX.41 8 ч. 45 мин. утра
Вчера писал до 3 ночи... Писал о Православии, о его духе, о свободе в нем. (...) И вот, писал когда, знал, что будет что-то важное сегодня, оставил радио открытым... Ведь вчера был день моего Сережечки, преп. Сергия Радонежского, России покровителя. Я ждал. Я так ждал, отзвука, - благовестил ждал - с "Куликова поля"! (...) Я не обманулся сердцем, Преподобный отозвался... Я услыхал фанфары, барабан - в 2 ч. 30 мин., - специальное коммюнике: прорван фронт дьявола, под Вязьмой, перед Москвой, армии окружены... идет разделка, Преподобный в вотчину свою вступает. Божье творится не нашими путями, а Его, - невнятными для нас...

Твой Ив. Шмелев


И. С. Шмелев и О. А. Бредиус-Субботина: Роман в письмах: В 2 т. Т. I. / Предисловие, подготовка текста и комментарий О. В. Лексиной, С. А. Мартьяновой, Л. В. Хачатурян. М.: "Российская политическая энциклопедия" (РОССПЭН), 2003. Письмо 52.

Судя по тексту, пейсатель к тому времени окончательно поехал фофудьей.

Так, может быть, вы, святой отец, партийный?

У меня очень много материала о священниках, которые перешли на сторону Октября. Очень. И вот - очередное пополнение подборки. Сразу скажу, что развивать эту тему я не собираюсь, просто складываю материал из спортивного интереса. На данный момент количество таких упоминаний перевалило за 60.

1. Но, как известно, сразу же после октябрьского переворота по новому законодательству развестись можно было прямо в ЗАГСе немедленно после подачи заявления одного из супругов. По церковным же канонам этот развод не считался действительным. И когда вновь зарегистрированные пары в советском учреждении желали закрепить свой брак обрядом венчания, священники, естественно, отказывали им в этом.

И вдруг 22 мая 1918 года в газете «Свобода России» появляется заметка, в которой приводится приказ Калужского комиссара юстиции № 19. Комиссар юстиции пишет: «До сведения моего дошло, что некоторые священники не желают венчать граждан, расторгших предыдущий брак через местный суд. Усматривая в этом противодействие декрету советской власти, объявляю, что в случае отказа в венчании виновные священники будут подвергаться суду революционного трибунала». К счастью, суда революционного трибунала над калужскими священниками не свершилось. Как раз в это время в Москве 8 мая в должность заведующего отделом по проведению в жизнь декрета «Об отделении церкви от государства» вступил Красиков, энергия которого была направлена на усиление центрального руководства местными органами. Поэтому он сразу же отреагировал на эту статью, и 24 мая в Калужский губком юстиции из центра поступило сообщение, что «советская власть не должна принуждать священников к совершению каких бы то ни было обрядов» именно потому, что «совершение обряда венчания является частным делом, не имеющим гражданского значения».


Collapse )



Печально сознавать, но история эта для священника Сергея Покровского закончилась не лучшим образом. В сентябре, будучи еще состоящим в священническом сане и находящимся под следственным разбирательством, он написал заявление о принятии его в компартию сочувствующим. А 25 ноября 1918 года появляется второе его заявление, в котором он сообщает епископу Калужскому Феофану: «...с сего числа я снял с себя сан священника и более в духовном звании не состою». /56/

Великанова-Корзина Т. И. Борьба с верой и за веру. Из истории гонений на Православную Церковь в Калужской епархии (1917-1938). М.: Изд-во ПСТГУ, 2015. С. 54-57.

Обратите внимание, какая искренняя досада авторши слышится в рассказе о том, как какой-то поп ушел от коллег-мракобесов из-за их собственной глупости и косности. Ай, бида-бида.

Идем дальше:

2. Среди партийцев Уржумской организации было немало «случайных, присосавшихся к партии элементов». Часто в организацию входили «бывшие земские начальники, церковные старосты, купеческие сынки, правые эсеры...». Осенью 1918 г. в организацию вступили «нежелательные элементы». Заведующим агитационно-организационной коллегией укома партии стал «бежавший из Питера поп».

Тимкин Ю. Н. «Мартовские большевики»: возникновение уездных организаций РКП(б) Вятской губернии весной – осенью 1918 г. По архивным материалам // Вестник архивиста. №2. 2018. С. 459.

3. История одного бывшего священника, который в вятской губернии был активным работником народного образования. Надо регистрироваться для прочтения: ВЕРНО, ЕСТЬ ЗА МНОЙ ОДИН МАЛЕНЬКИЙ ГРЕШОК: Я С 1913 ГОДА ПО 1917 ГОД БЫЛ СЛУЖИТЕЛЕМ КУЛЬТА

4. Священник приветствует революцию на Первомае.

Празднование 1 мая в с. Асово [Кунгурского уезда]

Следующим говорил священник Попов, который видит, что действия Советской власти по отношению к религии совсем непритеснительны, а вполне доброжелательны, хотя в начале революции и были эксцессы, но по выяснению таковых оказалось, что вся религия совершенно свободна и потому он, Попов, только благославляет Советскую власть...


Голос. Орган Кунгурского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. №32. 11 апреля (28 мая) 1918 г.

5. "Бывшего священника Иосифа Ломакина знаю, так как служил с ним. Человек он способный и, можно сказать, талантливый, направления всегда был левого*. Когда возникло революционное движение**, он принял в нем живейшее участие и, будучи хорошим оратором, выступал на собраниях с речами, которые производили большое впечатление. Надо полагать, что последнее время он примыкал к партии коммунистов, хотя вообще он не выражал открыто своих политических убеждений. По слухам, стоя во главе комиссариата Народного Просвещения, он возжвиг гонение на преподавателей средней школы, не примыкавших к коммунистам. По слухам, жену свою оставил и, кажется, живет гражданским браком. Дети Ломакина <...>***"

* Слово читается неуверенно. Возможно, нового.
** Неясно, идет ли речь о Феврале или Октябре.
*** Одно-два слова неразборчиво.

Из протокола Особой следственной комиссии по расследованию деятельности большевиков от 18.X.1919, составленного в г. Курске. Рассказ Л.Е. Иваницкого - священника церкви в слободе Стрелецкой (?). ГАРФ. Ф. Р-470. Оп. 2. Д. 170. Л. 63.

Священник Твердохлебов и псаломщик Дубовицкий и Ковалев - большевики. Из справки о злодеяниях большевиков в станице Старовеличковской (Кубанская обл.) в 1918-19 г.г. ГАРФ. Ф. Р-470. Оп. 2. Д. 10. Л. 189.

"Вместе с отступлением большевиков ушел с ними и псаломщик хутора Скобелевского Павел Пышкин, который служил секретарем в Совете депутатов". Из рапорта священника Петра Пятницкого, датированного 17 сентября 1918 г., г. Екатеринодар, Кубанская обл. ГАРФ. Ф. Р-470. Оп. 2. Д. 25. Л. 48.

Эти сведения вместе с комментариями - от ув. Г.Хмуркина, который немного делится со мной материалами по теме, найденными при разработке вопроса о количестве жертв красного террора среди духовенства. Желаю ему успеха. Он же показал особенно колоритный пример.

6. Упоминается священник, который "по слухам агитировал там против помещиков, когда начал распространять большевизм, а потом оттуда бежал - так как часть крестьян хотели его убить".

"В Марте 1918 г. он занял должность священника в нашем Доме призрения. Назначил его, по-видимому, исполком, так как он Преосвященного я слышал, что он этого священника даже в лицо не знает. Без ведома Преосвященного он организовал приход при Над...ной (неразборчиво) церкви и был в постоянных сношениях с большевиками, ходил в какой-то их штаб и нес там караул. Я сам много раз видел его на улице в военном обмундировании и с ружьем. Как-то раз я встретил его в таком одеянии во дворе богадельни часов в пять утра и передал ему, что надо приобщить Св[ятых] Тайн одного призреваемого старика; он ответил: "Сейчас! Сейчас!", побежал в свою квартиру, одел рясу и приобщил старика. В ночь с 7 на 8 сентября [1918 г.] он позвал меня, сказал, что убегает, просил сохранить его вещи и, одев свою военную форму, побежал на вокзал. Он часто ходил на митинг в рясе с красной ленточкой".

"С отцом Феодором Маляревым (?) мне приходилось много раз говорить. Был он прекрасный глубоко верующий человек, верующий до фанатизма, такой, каких я раньше никогда не встречал среди духовенства, и в то же время убежденный коммунист. Я его несколько раз спрашивал, как это может быть, что он, такой верующий и коммунист. Он мне отвечал, что все мы должны стоять за пролетариат, что ни у кого из нас не должно быть собственности и т.п."
ГАРФ. Ф. Р-470. Оп. 2. Д. 170. Л. 6, 6об., 7.

с. Казьминское Кубанской области: «…священник Иоанно-Богословской церкви Николай Польский (подчеркнуто в оригинале) приказал духовенству служить молебны по случаю годовщины революции, возвращения карательного отряда, празднова[ни]я 1 мая (среда на страст[ной] неделе). В этот день на площади пред храмом был парад с музыкой, причем красные флаги были внесены в церковь».

ст. Ширванская (Кубань): «Псаломщик Шевченко за подстрекательство против священника и поддержку большевизма заключен в тюрьму, где и умер». ГАРФ. Ф. Р-470. Оп. 2. Д. 10. Л. 150, 159об.

Ну и просто напоследок - обратный переход тоже был возможен.

Начало организации Чесменской ячейки [Бобровского уезда] ВКП/б/ относится ко времени Марта м-ца 1918 года. Началор это положено одгним из командиров отряда профработников т. Пяткиным. 1-м членом, вступившим в ячейку, являлся гр. с. Чесменки Гречишников, П.Ф. за ним последовало еще 7 человек. Первая попытка данной организации не увенчалась успехом, через несколько месяцев ячейка распалась и была организована вторично. 1-го Января 1919 года, после нашествия банды Краснова. Организатором таковой, являлся представитель от Губкома по фамилии /кажется/ т. Белкин. В организацию вступило 30 чел., но данное количество далеко несоответствовало качеству. Благодаря простому, первичному способу приему в члены партии, в организацию легко проникло несколько злонамеренных лиц, принесших не мало вреда в деле закрепления Октябрьских завоеваний. В последствии трое из них: Часовников, Трухтанов, и Инцертов, предпочли сделаться попами, оправдав там известную русскую поговорку: как волка не корми – он все в лес смотрит. 4-й Глотов исключен и предан Суду за самочинные ночные обыски у зажиточныъ граждан с целью присвоения их имущества и 5-й Хомаров Г. будучи в роли волвоенкома, делал попытку поднять гр-н Чесменской волости на вооруженное восстание против Соввласти, использовав момент призыва унтер-офицеров старой армии, контр-революционно выявивших себя на митинге, устроенном эс-эрами в с. Шишовке, по пути их следования в г. Бобров.

ГАОПИВО. Ф. 5. Оп. 1. Д. 540. Л. 16.

(no subject)

Михаил Галкин: от священника-патриота к безбожному активисту

Историки-позорики. Галкин, видите ли, ренегат. Себя небось считают принципиальными и честными, ну да. Будь церковники поумнее, они бы не выперли Галкина при первой помощи большевикам, и не пришлось бы тому и переквалифицироваться. Особенно позабавило про "конъюнктурность" Галкина - в 1918 г., учитывая положение большевиков, такая конъюктурность многими рассматривалась как верная дорога к смерти. Никто ж не мог знать, что большевики устоят.

Показательно, кстати, что "гесторики" даже не обратили внимания на то, что Галкин служил в рабочем районе Петрограда, где, как хорошо известно, религиозный абсентеизм и атеизм достигали предела. Ну да, какая тут может быть связь.

А.С. Абанина, И.В. Петров
Михаил Галкин: от священника-патриота к безбожному активисту


Аннотация: В статье рассматривается дореволюционный период деятельности священника Михаила Галкина, будущего видного борца антирелигиозного фронта и атеистического активиста. Авторы дают характеристику прихода, в котором он служил, а также основным сферам его деятельности как православного пастыря. Особое внимание уделено непримиримой борьбе М. Галкина за народную трезвость. Также проанализированы его публицистическая деятельность и политические взгляды. Авторы делают выводы о причинах изменений взглядов бывшего православного пастыря.

Ключевые слова: Михаил Галкин, православная церковь, борьба с алкоголизмом, Колтовский Спасо-Преображенский приход, революция 1917 года. /96/


Collapse )