Советский Кенигсберг?
http://www.rudnikov.com/article.php?ELEMENT_ID=21163
Любопытная статья в калининградской газете о первой советской власти в Кенигсберге в 1919 году. Продержалась между победами РККА в Латвии и приходом фрайкоров.
Источников, само собой, нет. Историю о том, как красноармейцы забили насмерть немецкого часового, но им это сошло с рук - автор взял с форума воспоминаний. В советских источниках такого нет (что вполне понятно), но зато там куча данных о том, что немцы относились к многотысячной разоруженной армии большевиков очень сурово, и когда те установили в лагере самоуправление с партсобраниями, устроили лагерю красивую жизнь и под конец даже стреляли к тем, кто просто подходил к проволоке - "на всякий случай".
400 грамм каменного угля - для отопления громадного барака не хватало». Желание протопить свой барак заставило дежурного (Прялухина) украсть плохо приколоченную доску. Обнаружив пропажу, начальник лагеря «за невыдачу виновника наложил наказание на весь барак "не давать хлеба", пока не выкажут виновника». «Сознавая товарищескую дисциплину, мне пришлось пойти и сознаться коменданту». Комендант долго его распекал; затем посадил на три дня в карцер на хлеб и воду.
Любопытная статья в калининградской газете о первой советской власти в Кенигсберге в 1919 году. Продержалась между победами РККА в Латвии и приходом фрайкоров.
Источников, само собой, нет. Историю о том, как красноармейцы забили насмерть немецкого часового, но им это сошло с рук - автор взял с форума воспоминаний. В советских источниках такого нет (что вполне понятно), но зато там куча данных о том, что немцы относились к многотысячной разоруженной армии большевиков очень сурово, и когда те установили в лагере самоуправление с партсобраниями, устроили лагерю красивую жизнь и под конец даже стреляли к тем, кто просто подходил к проволоке - "на всякий случай".
400 грамм каменного угля - для отопления громадного барака не хватало». Желание протопить свой барак заставило дежурного (Прялухина) украсть плохо приколоченную доску. Обнаружив пропажу, начальник лагеря «за невыдачу виновника наложил наказание на весь барак "не давать хлеба", пока не выкажут виновника». «Сознавая товарищескую дисциплину, мне пришлось пойти и сознаться коменданту». Комендант долго его распекал; затем посадил на три дня в карцер на хлеб и воду.