Западные инородцы во власти большевиков!
Тайна, которую от вас скрывали! На самом деле в большевицкой революции власть держалась на штыках не только латышей, китайцев и жидов, но и еще одной, самой страшной породе инородцев!
Протокол заседания представителей Первой конференции белорусских секций РКП(б). 21 декабря 1918 г., Москва
Представитель Петроградской секции РКП (большевиков) тов. Устилович, давая краткий обзор партийной работы среди белорусов в Петрограде, указал, что Петроградская секция образовалась из левого крыла Белорусской социалистической громады. Хотя в первое время Секция количественно и не была сильной, но сразу же на ее долю выпала большая и ответственная работа, которая усиленно велась среди рабочих-белорусов Путиловского завода и др. Совместно с матросами Гельсингфорса Секция взяла на себя задачу по созданию Белорусского национального комиссариата. Во время похода Керенского на Петроград все силы белорусов были мобилизованы и принимали самое живое участие в борьбе с керенщиной. Был создан отряд, каковой взят в распоряжение Петроградской чрезвычайной комиссии и работает там до сего времени. Секцией же образовано и отделение Белорусского национального комиссариата в Петрограде, после эвакуации Белнацкома в Москву. 15 декабря с. г. в Петрограде открыта школа первой и второй ступени, в которой теперь более 200 учащихся. Создан рабочий клуб. На Белоруссию Секцией послано три человека, послана также и литература. Как факт т. Устилович отмечает следующее: Секцией послан с литературой в Полоцк тов. Сосно; подъезжая к Полоцку, т. Сосно заметил, что в вагоне несколько человек устроило пьянство и разгул. Как оказалось, пьянствовали полоцкие комиссары; выяснилось, что они занимаются не только пьянством, но и спекуляцией. Командированный Секцией на Белоруссию т. Ковшило весьма успешно провел митинги в Витебске и Могилеве, где собралось до 10 ООО человек (в городском театре). В Смоленске т. Ковшило встретил недружелюбный прием со стороны руководителей Областного комитета партии. Петроградской секцией устроен был ряд митингов в Кронштадте среди моряков. Издается "Чырвоны шлях" и "Белорусская крыница", которые с 1 января решено объединить в один партийный орган.
...Представитель Тамбовской секции тов. Ханин в своей информации указал, что в окрестных деревнях Тамбова организовано до 60 коммунистов-белорусов и до 100 сочувствующих. Почти во всех учреждениях Тамбова ответственные места занимают белорусы, так что если бы все белорусы выехали для работы на Белоруссию, то в Тамбове и губернии Советская власть очутилась бы в самом критическом положении, без работников. Тов. Драко-Дракон отметил, что Тамбов был освобожден от белогвардейцев почти исключительно белорусами. Обилие политических работников-белорусов объясняется тем, что при занятии немецкими войсками Минской губ. и эвакуации в Смоленск Облискомзапа последний пошел вразрез с белорусами-коммунистами, работавшими в Минске, и поэтому им пришлось переброситься в Тамбовскую губернию. Тов. Драко-Дракон выражает пожелание, чтобы белорусы-коммунисты сплотились, двинули свои силы на Белоруссию и стали на месте Облискомзапа. К этому пожеланию присоединяются и тт. Ханин и Червяков.
Михутина И.В. К вопросу о провозглашении Советской Социалистической Республики Белоруссии // Славяноведение. 2008. № 4. С. 61-62
Вот оно, иго белорусских наемников, заполонивших русскую землю в карательных отрядах и властных органах большевицких оккупантов! Вот чьими руками держалась власть неруси-большевиков.
Спасибо уважаемому
k_lvk за сканирование статьи.
И раз уж зашел вопрос, отмечу важную вещь: создается впечатление, что вопрос о национальной независимости в те годы заботил политиков гораздо больше, чем собственно национальные массы, которых интересовали вопросы не национальные, а почти исключительно социальные. В итоге все проекты национальных государств есть продукт деятельности исключительно революционных/контрреволюционных сил, в которых массы участвовали постольку-поскольку и на 90% желали связать свою жизнь с Россией, хоть федерацией, хоть конфедерацией. Да и большевистская партия по составу исторически была куда более "великорусской", в то время как эсеры и меньшевики более были связаны с окраинами. Поэтому вся история послереволюционных лимитрофов - это одна большая иллюстрация к теме победы буржуазии и формирования ею буржуазно-националистического сознания, нациеобразования и государственного строительства. Неудивительно, что в те годы в партии национальный вопрос отодвигался на второй план и широко бытовали представления о территориальном делении всех национальных окраин и страны в целом. В этих условиях надо удивляться не тому, что большевики взяли под контроль все национальные процессы, а тому, что они не пошли по пути шовинизма и ввели в СССР федерализм, а не автономизм. Особенно учитывая, что он имел широкую поддержку даже в национальных компартиях, и во многом этим был обострен знаменитый конфликт Ленина и Сталина вокруг "плана автономизации" - сюжет хорошо известный и разобранный.
И весьма актуально сейчас, когда все СНГ, включая Россию, может испытать методы строительства нации и новых "независимых" государств - на себе.
P.S. Бонус: Н.А.Арефина. Деятельность «Всеобщего еврейского рабочего союза России и Польши» (БУНД) на территории Полесского региона в 1918-1919 гг. // Вестник Брянского государственного университета. 2012. № 2. С.11-13: http://elibrary.ru/item.asp?id=18769685
[Spoiler (click to open)]«Всеобщий еврейский рабочий союз в России и Польше» (Бунд) был одним из первых революционных организаций возникших на территории Полесского региона в конце XІX века. Он обладал значительным влиянием в еврейской рабочей среде и принимал активное участие в политических событиях происходивших на территории России. В рассматриваемый период происходило складывание однопартийной системы в Полесском регионе и стране в целом, в связи с этим интерес представляет деятельность партии Бунд и ее отношения с большевистской властью.
Партия Бунд имела достаточно широкую сеть местных организаций в исследуемом и регионе. Так например, на губернскую конференцию, назначенную на 1 июля 1920 г. в Гомеле, были приглашены организации из следующих городов: Жлобин, Быхов, Рогачев, Толочин, Сенно, Чериков, Чечерск, Кричев, Новозыбков, Чаусы, Горки, Добруш, Семеновка, Сураж, Стародуб, Клинцы, Могилев, Орша, Шклов, Дубровка, Брянск, Новгород-Северский, Могилев [1]. Среди местных комитетов ключевое положение занимал Гомельский комитет, председателем которого состоял Н.И. Иофе [2] и который насчитывал в своем составе более 400 мужчин и около 200 женщин [3]. Численность его постоянно росла за счет приема новых членов. По своему профессиональному составу комитет был достаточно разнообразен: рабочие, приказчики, портные, служащие, щетинники и др. [4].
В 1919 году Россия находилась в состоянии гражданской войны, на ее территорию были введены войска Антанты, а в феврале ситуация осложнилась началом советско-польской войны. Большая часть Полесья была оккупирована немецкими и польскими войсками. В этих условиях партия Бунд и ее гомельская организация приняли решение: «Поддержать борьбу советской власти с Антантой и русской контрреволюцией» [5]. 15 мая 1919 г. на совещании в Рабочем клубе им. К. Маркса в Гомеле была сформирована мобилизационная комиссия. Мобилизации подлежали члены организации в возрасте 19 - 25 лет, которые включались в формируемый в Гомеле отряд Бунда [6]. На фронт было мобилизовано 10% членов организации, остальные были переведены на казарменное положение [7]. Мобилизация проходила в сложных условиях и не пользовалась популярностью у членов партии [8]. В некоторых случаях решения о мобилизации отдельных членов партии приводили к возникновению конфликтов между Бундом и местными органами власти.
Не смотря на то, что Бунд и ОЕСРП провели мобилизацию и призывали своих членов поддерживать Красную Армию, они все же оставались оппозиционными партиями и принимаемые ими резолюции носили критический характер по отношению к советской власти. Так на совместных заседаниях 16 - 17 мая 1921 года рассматривался вопрос «об избиении социал-демократов в Бутырской тюрьме» в решении говорилось что «все три социал-демократические организации (РСДРП, Бунд с-д., Фарейнигте) г. Гомель клеймят позором преступные действия насильников и призывают всех пролетариев России протестовать против данной расправы» учиненной «агентами коммунистического правительства» [11].
Мобилизация и военное положение не прекратили внутрипартийную жизнь бундовских организаций в регионе. Самая крупная организация региона —гомельская свою деятельность осуществляла на базе существовавшего рабочего клуба им. К. Маркса. Помещение клуба предоставлялось в аренду, как гомельскому комитету Бунда [1, Л. 10-12] так и его молодежной организации - Югенд-Бунд [6, Л. 34 об.]. При клубе имелась библиотека и буфет, проводились семейные вечера, лотереи, вечера концерты [10]. Достаточно разнообразной и серьезной была тематика организуемых в клубе лекций: «История новейшей русской литературы и западноевропейской»; «Социальные проблемы в новейшей истории второй половины XІX века»; «Империализм и национальный вопрос»; «Формы и развитие рабочего движения»; «Профессиональное движение»; «Советская конституция»; «Научный социализм и социализм науки» [6, Л. 8]. Помимо этого гомельский комитет осуществлял работу в районных комитетах, направляя туда своих представителей. Через Гомель осуществлялась рассылка литературы.
Гомельский комитет принимал активное участие в политической жизни города. Он организовывал совместно с РСДРП городские конференции [11], проводил объединенные заседания с РСДРП, Фарейнигте (Объединенная еврейская социалистическая рабочая партия, возникшая в июне 1917 г. в результате слияния Сионистской социалистической рабочей партии (ССРП) и Социалистической еврейской рабочей партии (СЕРП). В 1919-1921 гг. эти партии часто выступали единым фронтом по многим вопросам. Они выдвигали коллективного делегата на губернский съезд профсоюзов, поручали товарищу Баскину (член Бунда) выступать от имени РСДРП, Бунда с-д., ОЕСРП «на предвыборных собраниях, в прениях, учреждениях и союзах»[13, Л. 37], принимали деятельное участие в подготовке к организуемой Евсекцией беспартийной еврейской рабочей конференции. В частности проводили агитацию среди профсоюзов и призывали их принять «все меры чтобы избранные беспартийные были сочувствующие социал-демократии» [14].
Таким образом, в обозначенный период партия испытывала определенные трудности в работе, но не прекращала своей деятельности, оставаясь на позициях конструктивной критики советской власти по ряду вопросов.
Такая позиция приводила к тому, что местные власти чинили всяческие препоны: гомельскому комитету Бунда было отказано в представительстве на городской конференции евреев-рабочих [9, уЛ. 108], в повсеместном отобрании под разными предлогами помещений клубов. Так мотивом закрытия рабочего клуба им. Бронислава Гроссера в Дубровно послужило то, что «отныне еврейские рабочие должны быть коммунистами, а клубы их только коммунистическими», похожие жалобы поступали из Орши, Гомеля и других местностей.
Несмотря на критическое отношение по ряду вопросов, Бунд имел много точек соприкосновения с советской властью. В частности это касалось независимости Белоруссии. Как сообщал Аронсон: «в Гомельском и Витебском комитетах большинство товарищей на местах считает идею независимости Белоруссии исключительно результатом дипломатической игры. И высказываются при всех условиях за самый тесный союз края с Советской Россией, за ориентацию на Россию, на революцию». По их мнению, независимость будет носить временный характер и произойдет воссоединение с Россией. В проекте резолюции говорилось, что «необходимо формулировать ясно свою позицию против идеи независимости Белоруссии», выступать за автономию Белоруссии «находящейся в федеративной связи с Советской Россией». Только незначительное меньшинство бундовцев считало необходимым поддержать идею независимости Белоруссии. А вот в отношении будущего политического режима большинство выступало «за создание в крае демократических учреждений» [11, Л. 114-114 об.]. Итак, члены партии Бунд не отделяли себя от России, от ее пути развития и расценивали независимость Беларуси как временное явление.
Оппозиционная деятельность Бунда закончилась после XII съезда партии, на котором произошел очередной раскол и большинство членов партии приняли решение о вступлении в РКП(б). 9 июня 1921 года Центральный Комитет Бунда заявил о своей ликвидации ввиду закончившегося слияния Бунда с Российской коммунистической партией.
Список литературы
1. Национальный архив Республики Беларусь (далее — НАРБ). Ф. 1451. Оп. 1. Д. 26. Л. 12 об.
2. Государственный архив Российской Федерации (далее — ГАРФ). Ф. 8417. Оп. 1. Д. 52. Л. 3.
3. НАРБ. Ф. 1451. Оп. 1. Д. 12. Л. 1-22.
4. НАРБ. Ф. 1451. Оп. 1. Д. 24. Л. 10.
5. НАРБ. Ф. 60-п. Оп. 3. Д. 113. Л. 9.
6. НАРБ. Ф. 1451. Оп. 1. Д. 9. Л. 18.
7. Будницкий О.В. Российские евреи между красными и белыми (1917 - 1920). М., 2006. С. 457.
8. НАРБ. Ф. 1451. Оп.1. Д. 11. Л. 22.
9. НАРБ. Ф. 1451. Оп.1. Д. 16. Л. 62.
10. НАРБ. Ф. 1451. Оп.1. Д. 3. Л. 10.
11. НАРБ. Ф. 1451. Оп.1. Д. 15. Л. 94, 114, 115.
12. ГАРФ. Ф. 8417. Оп. 1. Д. 3. Л. 3.
13. НАРБ. Ф. 1451. Оп.4. Д. 23. Л. 36.
Протокол заседания представителей Первой конференции белорусских секций РКП(б). 21 декабря 1918 г., Москва
Представитель Петроградской секции РКП (большевиков) тов. Устилович, давая краткий обзор партийной работы среди белорусов в Петрограде, указал, что Петроградская секция образовалась из левого крыла Белорусской социалистической громады. Хотя в первое время Секция количественно и не была сильной, но сразу же на ее долю выпала большая и ответственная работа, которая усиленно велась среди рабочих-белорусов Путиловского завода и др. Совместно с матросами Гельсингфорса Секция взяла на себя задачу по созданию Белорусского национального комиссариата. Во время похода Керенского на Петроград все силы белорусов были мобилизованы и принимали самое живое участие в борьбе с керенщиной. Был создан отряд, каковой взят в распоряжение Петроградской чрезвычайной комиссии и работает там до сего времени. Секцией же образовано и отделение Белорусского национального комиссариата в Петрограде, после эвакуации Белнацкома в Москву. 15 декабря с. г. в Петрограде открыта школа первой и второй ступени, в которой теперь более 200 учащихся. Создан рабочий клуб. На Белоруссию Секцией послано три человека, послана также и литература. Как факт т. Устилович отмечает следующее: Секцией послан с литературой в Полоцк тов. Сосно; подъезжая к Полоцку, т. Сосно заметил, что в вагоне несколько человек устроило пьянство и разгул. Как оказалось, пьянствовали полоцкие комиссары; выяснилось, что они занимаются не только пьянством, но и спекуляцией. Командированный Секцией на Белоруссию т. Ковшило весьма успешно провел митинги в Витебске и Могилеве, где собралось до 10 ООО человек (в городском театре). В Смоленске т. Ковшило встретил недружелюбный прием со стороны руководителей Областного комитета партии. Петроградской секцией устроен был ряд митингов в Кронштадте среди моряков. Издается "Чырвоны шлях" и "Белорусская крыница", которые с 1 января решено объединить в один партийный орган.
...Представитель Тамбовской секции тов. Ханин в своей информации указал, что в окрестных деревнях Тамбова организовано до 60 коммунистов-белорусов и до 100 сочувствующих. Почти во всех учреждениях Тамбова ответственные места занимают белорусы, так что если бы все белорусы выехали для работы на Белоруссию, то в Тамбове и губернии Советская власть очутилась бы в самом критическом положении, без работников. Тов. Драко-Дракон отметил, что Тамбов был освобожден от белогвардейцев почти исключительно белорусами. Обилие политических работников-белорусов объясняется тем, что при занятии немецкими войсками Минской губ. и эвакуации в Смоленск Облискомзапа последний пошел вразрез с белорусами-коммунистами, работавшими в Минске, и поэтому им пришлось переброситься в Тамбовскую губернию. Тов. Драко-Дракон выражает пожелание, чтобы белорусы-коммунисты сплотились, двинули свои силы на Белоруссию и стали на месте Облискомзапа. К этому пожеланию присоединяются и тт. Ханин и Червяков.
Михутина И.В. К вопросу о провозглашении Советской Социалистической Республики Белоруссии // Славяноведение. 2008. № 4. С. 61-62
Вот оно, иго белорусских наемников, заполонивших русскую землю в карательных отрядах и властных органах большевицких оккупантов! Вот чьими руками держалась власть неруси-большевиков.
Спасибо уважаемому
k_lvk за сканирование статьи.И раз уж зашел вопрос, отмечу важную вещь: создается впечатление, что вопрос о национальной независимости в те годы заботил политиков гораздо больше, чем собственно национальные массы, которых интересовали вопросы не национальные, а почти исключительно социальные. В итоге все проекты национальных государств есть продукт деятельности исключительно революционных/контрреволюционных сил, в которых массы участвовали постольку-поскольку и на 90% желали связать свою жизнь с Россией, хоть федерацией, хоть конфедерацией. Да и большевистская партия по составу исторически была куда более "великорусской", в то время как эсеры и меньшевики более были связаны с окраинами. Поэтому вся история послереволюционных лимитрофов - это одна большая иллюстрация к теме победы буржуазии и формирования ею буржуазно-националистического сознания, нациеобразования и государственного строительства. Неудивительно, что в те годы в партии национальный вопрос отодвигался на второй план и широко бытовали представления о территориальном делении всех национальных окраин и страны в целом. В этих условиях надо удивляться не тому, что большевики взяли под контроль все национальные процессы, а тому, что они не пошли по пути шовинизма и ввели в СССР федерализм, а не автономизм. Особенно учитывая, что он имел широкую поддержку даже в национальных компартиях, и во многом этим был обострен знаменитый конфликт Ленина и Сталина вокруг "плана автономизации" - сюжет хорошо известный и разобранный.
И весьма актуально сейчас, когда все СНГ, включая Россию, может испытать методы строительства нации и новых "независимых" государств - на себе.
P.S. Бонус: Н.А.Арефина. Деятельность «Всеобщего еврейского рабочего союза России и Польши» (БУНД) на территории Полесского региона в 1918-1919 гг. // Вестник Брянского государственного университета. 2012. № 2. С.11-13: http://elibrary.ru/item.asp?id=18769685
[Spoiler (click to open)]«Всеобщий еврейский рабочий союз в России и Польше» (Бунд) был одним из первых революционных организаций возникших на территории Полесского региона в конце XІX века. Он обладал значительным влиянием в еврейской рабочей среде и принимал активное участие в политических событиях происходивших на территории России. В рассматриваемый период происходило складывание однопартийной системы в Полесском регионе и стране в целом, в связи с этим интерес представляет деятельность партии Бунд и ее отношения с большевистской властью.
Партия Бунд имела достаточно широкую сеть местных организаций в исследуемом и регионе. Так например, на губернскую конференцию, назначенную на 1 июля 1920 г. в Гомеле, были приглашены организации из следующих городов: Жлобин, Быхов, Рогачев, Толочин, Сенно, Чериков, Чечерск, Кричев, Новозыбков, Чаусы, Горки, Добруш, Семеновка, Сураж, Стародуб, Клинцы, Могилев, Орша, Шклов, Дубровка, Брянск, Новгород-Северский, Могилев [1]. Среди местных комитетов ключевое положение занимал Гомельский комитет, председателем которого состоял Н.И. Иофе [2] и который насчитывал в своем составе более 400 мужчин и около 200 женщин [3]. Численность его постоянно росла за счет приема новых членов. По своему профессиональному составу комитет был достаточно разнообразен: рабочие, приказчики, портные, служащие, щетинники и др. [4].
В 1919 году Россия находилась в состоянии гражданской войны, на ее территорию были введены войска Антанты, а в феврале ситуация осложнилась началом советско-польской войны. Большая часть Полесья была оккупирована немецкими и польскими войсками. В этих условиях партия Бунд и ее гомельская организация приняли решение: «Поддержать борьбу советской власти с Антантой и русской контрреволюцией» [5]. 15 мая 1919 г. на совещании в Рабочем клубе им. К. Маркса в Гомеле была сформирована мобилизационная комиссия. Мобилизации подлежали члены организации в возрасте 19 - 25 лет, которые включались в формируемый в Гомеле отряд Бунда [6]. На фронт было мобилизовано 10% членов организации, остальные были переведены на казарменное положение [7]. Мобилизация проходила в сложных условиях и не пользовалась популярностью у членов партии [8]. В некоторых случаях решения о мобилизации отдельных членов партии приводили к возникновению конфликтов между Бундом и местными органами власти.
Не смотря на то, что Бунд и ОЕСРП провели мобилизацию и призывали своих членов поддерживать Красную Армию, они все же оставались оппозиционными партиями и принимаемые ими резолюции носили критический характер по отношению к советской власти. Так на совместных заседаниях 16 - 17 мая 1921 года рассматривался вопрос «об избиении социал-демократов в Бутырской тюрьме» в решении говорилось что «все три социал-демократические организации (РСДРП, Бунд с-д., Фарейнигте) г. Гомель клеймят позором преступные действия насильников и призывают всех пролетариев России протестовать против данной расправы» учиненной «агентами коммунистического правительства» [11].
Мобилизация и военное положение не прекратили внутрипартийную жизнь бундовских организаций в регионе. Самая крупная организация региона —гомельская свою деятельность осуществляла на базе существовавшего рабочего клуба им. К. Маркса. Помещение клуба предоставлялось в аренду, как гомельскому комитету Бунда [1, Л. 10-12] так и его молодежной организации - Югенд-Бунд [6, Л. 34 об.]. При клубе имелась библиотека и буфет, проводились семейные вечера, лотереи, вечера концерты [10]. Достаточно разнообразной и серьезной была тематика организуемых в клубе лекций: «История новейшей русской литературы и западноевропейской»; «Социальные проблемы в новейшей истории второй половины XІX века»; «Империализм и национальный вопрос»; «Формы и развитие рабочего движения»; «Профессиональное движение»; «Советская конституция»; «Научный социализм и социализм науки» [6, Л. 8]. Помимо этого гомельский комитет осуществлял работу в районных комитетах, направляя туда своих представителей. Через Гомель осуществлялась рассылка литературы.
Гомельский комитет принимал активное участие в политической жизни города. Он организовывал совместно с РСДРП городские конференции [11], проводил объединенные заседания с РСДРП, Фарейнигте (Объединенная еврейская социалистическая рабочая партия, возникшая в июне 1917 г. в результате слияния Сионистской социалистической рабочей партии (ССРП) и Социалистической еврейской рабочей партии (СЕРП). В 1919-1921 гг. эти партии часто выступали единым фронтом по многим вопросам. Они выдвигали коллективного делегата на губернский съезд профсоюзов, поручали товарищу Баскину (член Бунда) выступать от имени РСДРП, Бунда с-д., ОЕСРП «на предвыборных собраниях, в прениях, учреждениях и союзах»[13, Л. 37], принимали деятельное участие в подготовке к организуемой Евсекцией беспартийной еврейской рабочей конференции. В частности проводили агитацию среди профсоюзов и призывали их принять «все меры чтобы избранные беспартийные были сочувствующие социал-демократии» [14].
Таким образом, в обозначенный период партия испытывала определенные трудности в работе, но не прекращала своей деятельности, оставаясь на позициях конструктивной критики советской власти по ряду вопросов.
Такая позиция приводила к тому, что местные власти чинили всяческие препоны: гомельскому комитету Бунда было отказано в представительстве на городской конференции евреев-рабочих [9, уЛ. 108], в повсеместном отобрании под разными предлогами помещений клубов. Так мотивом закрытия рабочего клуба им. Бронислава Гроссера в Дубровно послужило то, что «отныне еврейские рабочие должны быть коммунистами, а клубы их только коммунистическими», похожие жалобы поступали из Орши, Гомеля и других местностей.
Несмотря на критическое отношение по ряду вопросов, Бунд имел много точек соприкосновения с советской властью. В частности это касалось независимости Белоруссии. Как сообщал Аронсон: «в Гомельском и Витебском комитетах большинство товарищей на местах считает идею независимости Белоруссии исключительно результатом дипломатической игры. И высказываются при всех условиях за самый тесный союз края с Советской Россией, за ориентацию на Россию, на революцию». По их мнению, независимость будет носить временный характер и произойдет воссоединение с Россией. В проекте резолюции говорилось, что «необходимо формулировать ясно свою позицию против идеи независимости Белоруссии», выступать за автономию Белоруссии «находящейся в федеративной связи с Советской Россией». Только незначительное меньшинство бундовцев считало необходимым поддержать идею независимости Белоруссии. А вот в отношении будущего политического режима большинство выступало «за создание в крае демократических учреждений» [11, Л. 114-114 об.]. Итак, члены партии Бунд не отделяли себя от России, от ее пути развития и расценивали независимость Беларуси как временное явление.
Оппозиционная деятельность Бунда закончилась после XII съезда партии, на котором произошел очередной раскол и большинство членов партии приняли решение о вступлении в РКП(б). 9 июня 1921 года Центральный Комитет Бунда заявил о своей ликвидации ввиду закончившегося слияния Бунда с Российской коммунистической партией.
Список литературы
1. Национальный архив Республики Беларусь (далее — НАРБ). Ф. 1451. Оп. 1. Д. 26. Л. 12 об.
2. Государственный архив Российской Федерации (далее — ГАРФ). Ф. 8417. Оп. 1. Д. 52. Л. 3.
3. НАРБ. Ф. 1451. Оп. 1. Д. 12. Л. 1-22.
4. НАРБ. Ф. 1451. Оп. 1. Д. 24. Л. 10.
5. НАРБ. Ф. 60-п. Оп. 3. Д. 113. Л. 9.
6. НАРБ. Ф. 1451. Оп. 1. Д. 9. Л. 18.
7. Будницкий О.В. Российские евреи между красными и белыми (1917 - 1920). М., 2006. С. 457.
8. НАРБ. Ф. 1451. Оп.1. Д. 11. Л. 22.
9. НАРБ. Ф. 1451. Оп.1. Д. 16. Л. 62.
10. НАРБ. Ф. 1451. Оп.1. Д. 3. Л. 10.
11. НАРБ. Ф. 1451. Оп.1. Д. 15. Л. 94, 114, 115.
12. ГАРФ. Ф. 8417. Оп. 1. Д. 3. Л. 3.
13. НАРБ. Ф. 1451. Оп.4. Д. 23. Л. 36.