Письмо из волости
Товарищи! Убедительно просим вас не дать нам умереть голодной смертью. Сделайте реквизицию хлеба у наших крестьян. Они скрыли хлеб и продают его на сторону из-под полы в Ярославскую губернию. 180-200 руб. пуд. А нам и за деньги нет. Граждане Чамеровской волости, Дюдиковское общество, при первой реквизиции не дали реквизировать, а взялись прокормить своих голодных. Некоторые деревни поступили законно, и своим дали весь свой лишний хлеб, а деревня [так в тексте] – наоборот. При реквизиции нашлось 9 пудом 20 фунтов своим односельчанам, а на сторону продают возами. Один Иван Рогов продал 50 пудов в Ярославскую губернию, Кочегаров тоже не меньше и по дорогой цене и много других.
Нас – неимущих – пять домов. Мы ничего сделать не можем. Нам угрожают топором и пулей. Просим вас распорядиться, сделать проверку, пока есть хлеб. Сейчас происходит мена его на разные товары, а нам говорят: «Околейте с голода, а хлеба не дадим».
Не худо бы проверить Дюдикова, Поповку, Огнишино, Бенякова и поставить на карточную систему и привлечь к ответственности за скрытый хлеб.
Труды ваши оправдаются, только заставьте искать хлеб голодающих в каждой дерене. Они знают, у кого есть и где искать. Пожалуйста, сделайте предписание и дайте человек несколько Красной Армии, а то они [кулаки] говорят: «Теперь нет законов и ничего не будет». Нужно им показать, что есть закон и ему надо повиноваться. – «Что хотим, то и сделаем, хлеб наш и нам ничего не будет», – это говорят имеющие хлеб.
Пожалуйста, просим вас, мы делали заявление в волостной комитет, но осталось без последствия.
Письмо крестьян Чамеровской волости Весьегонского уезда // А.Тодорский. Год с винтовкой и плугом. М., 1958. С.13
Я, конечно, не хихисториан, а не буду утверждать, будто «так все и было», кулаки не давали житья беднякам и т.д. В конце концов случаев, когда комбеды беспредельничали, упиваясь покровительством властей, достаточно. Но если все же это правда, то картина… показательная.
Отмечу, что вскоре после написания этого письма в волости вспыхнуло восстание под предводительством местного офицера. Его удалось подавить бескровно и малыми силами.
Текст взят из работы весьегонского редактора А.И.Тодорского, написанной в 1918 году по случаю годовщины революции и подведения итогов. Она была впоследствии перепечатана. Тодорский к тому времени был ветераном войны в отставке и военным историком. А также прижизненно реабилитированным.
Нас – неимущих – пять домов. Мы ничего сделать не можем. Нам угрожают топором и пулей. Просим вас распорядиться, сделать проверку, пока есть хлеб. Сейчас происходит мена его на разные товары, а нам говорят: «Околейте с голода, а хлеба не дадим».
Не худо бы проверить Дюдикова, Поповку, Огнишино, Бенякова и поставить на карточную систему и привлечь к ответственности за скрытый хлеб.
Труды ваши оправдаются, только заставьте искать хлеб голодающих в каждой дерене. Они знают, у кого есть и где искать. Пожалуйста, сделайте предписание и дайте человек несколько Красной Армии, а то они [кулаки] говорят: «Теперь нет законов и ничего не будет». Нужно им показать, что есть закон и ему надо повиноваться. – «Что хотим, то и сделаем, хлеб наш и нам ничего не будет», – это говорят имеющие хлеб.
Пожалуйста, просим вас, мы делали заявление в волостной комитет, но осталось без последствия.
Письмо крестьян Чамеровской волости Весьегонского уезда // А.Тодорский. Год с винтовкой и плугом. М., 1958. С.13
Я, конечно, не хихисториан, а не буду утверждать, будто «так все и было», кулаки не давали житья беднякам и т.д. В конце концов случаев, когда комбеды беспредельничали, упиваясь покровительством властей, достаточно. Но если все же это правда, то картина… показательная.
Отмечу, что вскоре после написания этого письма в волости вспыхнуло восстание под предводительством местного офицера. Его удалось подавить бескровно и малыми силами.
Текст взят из работы весьегонского редактора А.И.Тодорского, написанной в 1918 году по случаю годовщины революции и подведения итогов. Она была впоследствии перепечатана. Тодорский к тому времени был ветераном войны в отставке и военным историком. А также прижизненно реабилитированным.