У товарища "Буденого"
У товарища Буденого
Невысокий, коренастый человек в рабочей куртке, в сапогах, почти до колен забрызганных грязью, проверяет, согнувшись, панорамку отбитого неприятельского орудия. Его окружают другие такие же краснормейцы, более похожие на рабочих, чем на вояк. Темные, закоптелые.
— Кто товарищ Буденый?
— Я Буденый. В чем дело, товарищ?
И коренастый человек обернулся. Как не похож на героя этот герой! Сейчас он занят домашний хозяйством: осматривает орудие, спрашивает насчет фуража.
— Фураж есть, говорите? Слов мало, товарищ; вы мне покажите его.
Отправляется на склады, осматривает, высчитывает и решает.
— Конечно же, этого не достаточно.
— Почему? Если экономить...
— Вы знаете, товарищ, как цыган экономил овес для лошади, покуда лошадь не пала?
— Но откуда же взять фураж?
— Возьмем у Деникина. Надо, поездку. "Полуторапудничество" в деникинский тыл, — смеется тов. Бу еный, — там добра много.
И поездка устраивается. Тов. Буденый сам сверяет список того что надо захватить у Деникина.
— Больше ничего не берите, товарищи. Только самое необходимое. Не обременяйте себя.
И отряд отправляется...
Буденый все знает. Он и пушки умеет чинить, и сам показывает своим всадникам, как рубить шашкой, и умеет перевязывать раны. Умеет с вихрем вылетать впереди всего корпуса на врага, умеет и книжку объяснить малограмотному товарищу.
Не любит тов. Буденый, когда с ним начинают говорить о его подвигах.
— Какие подвиги? Наше дело рабочее; у нас подвигов нет. Хорошо плотник отстругает фанерку — вот и подвиг. Подвиги — это буржуи выдумали, ибо буржуи не умели работать, как следует. Бью врагов? Но разве это подвиг? Чай, бить врага лучше, чем самому быть побитым. Да и разве я сам бью? Красноармейцы колотят. Они свой интерес понимают.
Роста
Н. С.
Ветераны 1918 года
Мы — ветераны великого года.
Мы — защитников грозная рать...
В час, когда погибала свобода,
Мы пошли все ее защищать.
По колено в снегу и по бродам,—
В тусклом свете бивуачных огней,
Рассказали земным мы народам,
О тиранстве их всех палачей.
И стеклись, к нам под красное знамя;
Заключивши союз навсегда,—
Все хотящие нового царства,
Царства братства, любви и труда.
И. Нестеров.
Красный север. №182. 7 декабря 1919 г.
Невысокий, коренастый человек в рабочей куртке, в сапогах, почти до колен забрызганных грязью, проверяет, согнувшись, панорамку отбитого неприятельского орудия. Его окружают другие такие же краснормейцы, более похожие на рабочих, чем на вояк. Темные, закоптелые.
— Кто товарищ Буденый?
— Я Буденый. В чем дело, товарищ?
И коренастый человек обернулся. Как не похож на героя этот герой! Сейчас он занят домашний хозяйством: осматривает орудие, спрашивает насчет фуража.
— Фураж есть, говорите? Слов мало, товарищ; вы мне покажите его.
Отправляется на склады, осматривает, высчитывает и решает.
— Конечно же, этого не достаточно.
— Почему? Если экономить...
— Вы знаете, товарищ, как цыган экономил овес для лошади, покуда лошадь не пала?
— Но откуда же взять фураж?
— Возьмем у Деникина. Надо, поездку. "Полуторапудничество" в деникинский тыл, — смеется тов. Бу еный, — там добра много.
И поездка устраивается. Тов. Буденый сам сверяет список того что надо захватить у Деникина.
— Больше ничего не берите, товарищи. Только самое необходимое. Не обременяйте себя.
И отряд отправляется...
Буденый все знает. Он и пушки умеет чинить, и сам показывает своим всадникам, как рубить шашкой, и умеет перевязывать раны. Умеет с вихрем вылетать впереди всего корпуса на врага, умеет и книжку объяснить малограмотному товарищу.
Не любит тов. Буденый, когда с ним начинают говорить о его подвигах.
— Какие подвиги? Наше дело рабочее; у нас подвигов нет. Хорошо плотник отстругает фанерку — вот и подвиг. Подвиги — это буржуи выдумали, ибо буржуи не умели работать, как следует. Бью врагов? Но разве это подвиг? Чай, бить врага лучше, чем самому быть побитым. Да и разве я сам бью? Красноармейцы колотят. Они свой интерес понимают.
Роста
Н. С.
Ветераны 1918 года
Мы — ветераны великого года.
Мы — защитников грозная рать...
В час, когда погибала свобода,
Мы пошли все ее защищать.
По колено в снегу и по бродам,—
В тусклом свете бивуачных огней,
Рассказали земным мы народам,
О тиранстве их всех палачей.
И стеклись, к нам под красное знамя;
Заключивши союз навсегда,—
Все хотящие нового царства,
Царства братства, любви и труда.
И. Нестеров.
Красный север. №182. 7 декабря 1919 г.