voencomuezd (voencomuezd) wrote,
voencomuezd
voencomuezd

Categories:

Латышские разведчик в тылу врага!

"Влопался"
(Из очерков "гражданская война")

...Малый показался милиционеру подозрительным. Задержал.
- Удостоверение?
А тот:
- Пожалуйста!
И достал бумажку: чернорабочий. А ручки у самого беленькие, усики завинченные и под старым картузом расчесанные кудри... Милиционер почуял в малом бывшего поручика, - собака* чует волка издали.
- В комиссариат!

Надо вам сказать, что в Казани тогда уже предчувствовалась беда. Так ничего определенного: но точно надоедливая вечерняя сырость перед ненастной ночью носилась в воздухе. Правда, на Услони, на Красной горке, внушительно говорили еще наши пушки, но известия приходили тревожные. Да и по торжествующим лицам казанских белогвардейцев видно было видно, что дело дрянь. В то время еще казанцы не знали, что такое белогвардейская власть, ну, и радовались, чуя нашу неудачу. Злоба брала: метлой по этим сытым, сияющим, точно ядом насыщенным физиономиям.

Я случайно попал в комиссариат, когда пришел туда милиционер с задержанным малым. Вначале ничего, держал себя развязно, пожимает плечами, недоумевает:
- Что вы, товарищи? не понимаю, за что вы меня задержали...
И тому подобное.
Ну, а как обыскали, да в сапоге нашли письмо, размяк, опустился, словно без костей стал, даже завинченные усики как-то беспомощно повисли. Конечно, было из-за чего приуныть: ведь ясно, крышка...
Ну, увели малого...

А письмо было от белогвардейского генерала к одному из ихних казанских агентов. Посылаю к вам, пишет, доверенное лицо, которое на словах передаст все, что надо...
Хотели было тут же послать к белогвардейцу отряд красноармейцев, да вдруг кто-то заявляет:
- А вдруг его дома нет, только напрасный переполох выйдет, тот пронюхает, да и уйдет...
Подумали и потолковали: верно, надо другим путем... Тут я не знаю, почему вызвался привести его. Изложил свой план. Ладно, говорят, приведите.

Жил он на Проломной, в номерах. Прихожу, подаю письмо. Бросил на меня подозрительный взгляд, точно ледяной водой обдал. Но вид у меня, сами видите, белогвардейский (одни усы гусарские чего стоят), выправка военная: с этой стороны подозрений быть не могло. Вижу, успокоился, прочел письмо, просиял. Протягивает мне обе руки, усаживает, расспрашивает про дорогу, про дела на юге. Наврал я ему не с 3 короба, а значительно больше... А он слушает, да цветет. Затем стал угощать, появился чай и коньяк, варенье, пирожное. Выпили - это его окончательно расположило в мою пользу. Болтали разное - всякие приятные пустяки. Признаюсь: мне уже стало жаль, что я впутался во всю эту историю...

Был даже момент, когда я хотел под благовидным предлогом уйти - ну его к Богу... Пусть другие с ним возятся.
Но тут мой белогвардеец снова стал холодным и строгим. Вынул из кармана бумажку - список советских работников.
- Через два дня, - говорит, - Казань будет взята. Этих тогда в первую очередь...

А в голосе - морозный ветер, в глаза - жадный зверь... Посмотрел я список: ничего, точно был составлен. И себя я нашел. Тут и во мне снова зашевелился зверь.
- Великолепно, - говорю. - Со всеми расправимся, как следует. Только у нас тут небольшая ошибка.

Называю одного товарища, видного советского работника: - Это, - говорю, - наш.
Удивился: - Как? Не может быть.
- Очень даже, - отвечаю, - может быть. Из-за своего положения он не мог связать с вами, - он вел нашу работу в советских организациях...Хотите, пойдем к нему на квартиру. Познакомитесь: он - мой приятель.
Поверил. Пойдем, - говорит. - Сейчас необходимо объединить наши силы.

Так я привел его, куда следует. Спохватился, когда уж было поздно. Не растерялся, нет: за карман схватился.
Но тут его разоружили.
- Влопался, - говорит, - влопался, дурак...
И - главное - спокоен. Только смуглое лицо - южанин был - стало чуть бледнее, а глаза так и сыплют серые искры, смеются. И на меня посмотрел с веселой усмешкой, покачал головой и снова свое:
- Влопался, дурак, влопался...
- А дальше что?
- Да дело ясное. К стенке.

Ян Старуян

Роста.

Известия Вологодского исполкома Совета рабочих и солдатских депутатов. №250. 17 ноября 1918 г.

* Кстати сказать, в то время милиционеры явно часто ассоциировались с собаками. Не только с "легавыми". Была еще их кличка "пес", например.
 И еще кстати: все ведь помнят "машинку с турецким акцентом" из золотого теленка? Так у вологодской газеты была другая проблема - у нее не было буквы Э и она всегда заменялась на Е.

"Вести из Естонии: естонские рабочие установили естляндскую советскую власть. Ето еще одно свидетельство о победе революционного движения".

Ну, и напоминаю для смеха другого латышского разведчика: http://voencomuezd.livejournal.com/580276.html

Иногда слабая подготовка и непродуманность предстоящих разведывательных операций приводили к курьезным случаям, как например история с бывшим кочегаром П.П. Калниным, который в июле 1919 г. был направлен в г. Гурьев для сбора сведений о Семиреченском казачьем войске. Однако перед переходом линии фронта «неожиданно» выяснилось, что он не может выполнить задание по следующим причинам: во-первых, Калнин был латышом и слабо знал русский язык; во-вторых, по легенде он должен был выдавать себя за англичанина, однако не знал ни одного иностранного языка; в-третьих, на руках у него были татуировки, выдающие его как моряка Балтийского флота
Tags: Восточный фронт, белодельцы, газеты, интернационалисты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments