Две статьи
Журнал "Вопросы истории" - это, конечно, квалифицированный журнал. Но даже в хороших статьях там часто не могут обойтись без ложки дегтя.
Т.О.Морозова. Николай Федорович Гикало // Вопросы истории. №, 2011.
Статья эта о советском партизанском вожаке на Северном Кавказе в 1918-1920. Татьяна Морозова - ростовская исследовательница, тесно работает с тамошними архивами, в том числе фондом красных партизан и красногвардейцев (кстати, вопреки мнению, проблемами обеспечения их власти занялись только в 30-е - до этого они были предоставлены сами по себе, от безысходности часто буянили и бунтовали, что и вызвало объединение их "сверху" в единую организацию).
Так что статья у Морозовой получилась подробная и на богатом архивном материале - не первая и не последняя. И одновременно - с откровенной неприязнью к персонажу. Морозова почему-то вбила в себе голову, что Гикало - хитрый карьерист с авторитарными наклонностями. И пытается, значит, подобрать этому доказательства. Деньги, к примеру, требовал из Центра для подкупа пратизан. Лично мне в этом плане статья показалась неубедительной - я вас умоляю, попробуйте без диктаторства, приукрашиваний в отчетах и денег сколотить на Северном Кавказе из воинствующих абреков, в окружении деникинцев и мусульманских националистов, действующий и дисциплинированный партизанский отряд. Смешно говорить, что такое возможно без помощи из центра. А успехи Гикало в этом направлении никто не оспаривает, даже сама же Морозова. Она всецело подтверждает - малочисленный (200 человек), но очень крепкий отряд Гикало был организован настолько, насколько это было в тех условиях возможно.
"Гусев старался покупать товары централизованно, тогда выходило дешевле. Он так же ведал мастерскими в Шатое, которые обеспечивали нужды отряда. 26 января 1920 г. он отчитывался, что через день-два будет готов "взвод красноармейцев, одетых почти с иголочки, с ружьями с 60 патронами в патронташах и с несколькими тысячами патронов на подводе" (с.48)
"Федоров, начальник полиотдела связи, в донесении от 25 февраля 1920 г. просил: "Тов.Гикало, сегодня отобрано на поезде один полушубок, две пары ботинок, 7 пудов кишмишу и много другого. Разрешите взять полушубок, две пары ботинок и 1 пуд кишмишу и винтовки, так как люди раздеты и обезоружены" (с.49).
А добился прекращения грабежей Гикало прсотым, но эффективным способом - проштрафившихся грабителей судили прилюдно партийным судом за малейшие ошибки и переводили в обозы, а то и просто изгоняли. В конечном счете оказалось выгоднее согласовывать реквизиции с командованием, чем грабить.
Непонятно, о чем речь, когда Морозова заявляет, что отряд "был разношерстный" - китайцы, австрийцы, чеченцы, татары и даже один индийский офицер из частей Персидского фронта - Муртазалли (Тамарин В. Пустота / Красная новь. 1921. №3, с.74). Тоже мне. Покажите национально однородный отряд того времени - в советской науке это вообще трактовалось как "интернациональное единство революционных партизан". В том числе и индиец Муртазалии (Дружба народов. №10, 1957. с.164).
В остальном, если не считать натужных попыток представить Гикало хуже, чем он был, статья нормальная.
П.В.Макаренко. Большевики и Брестский мир // Вопросы истории. №1, 2010.
Павел Васильевич - профессор нашей лесотехнической академии, историк, глава кафедры, пишет вроде бы про историю советско-немецких связей и т.д. в 1918 г. Одну его статью я даже сканил. Но вот эта работа меня удивила. Фактологические натяжки и ошибки - с первых же страниц. Я извиняюсь, но разве можно утверждать, что преложение большевиков после революции заключить всеобщий мир без аннексий и контрибуций - это не просто полиитческий трюк, но и попытка предотвратить интервенцию Антанты? Какая, на фиг, интервенция, до Брестского мира? Об этом тогда и речи не было, ибо чтобы ждать интервенции, сначала нужно дождаться, когда враг хотя бы воспримет тебя всерьез, а европейские правительства с этим тянули до последнего.
Не менее смешно, когда со ссылкой на какого-то британца или американца Макаров утверждает, что "Декрет о мире" не предлагал ничего нового по сравнению с декларацией Вудро Вильсона в январе 1917 г. Это, скажем так, еще в советской историографии было рассмотрено. Как и причины декларации Вильсона - который через три месяца объявил войну Германии. См. Гершов 3.М. Вудро Вильсон. М., 1983.
Также странно, когда Макаров пишет о том, что перемирие на фронте позволило Германии высвободить войска для Западного фронта. Это так. Но вот кто сказал, что немцы ради этого "терпели братание с русскими" и к русским солдатам ходили одни и те же агитаторы"? Ссылка на Фельштинского? Вы смеетесь? Да не нужно быть семи пядей во лбу, чтбы понять - именно братание и разложение рядом с рускими солдатами были не последними причинами, почему немецких солдат перебрасывали на Западный фронт. Они, в конце концов, об этом сами пишут.
Но окончательно я уронил челюсть на стол, когда Павел Васильевич ничтоже сумняшеся стал писать о немецких деньгах для русской революции. На стр.9. Так и пишет - немцы решили прекратить финансирование большевиков, так как это было уже невыгодно, а немецкие деньги могли сыграть какую-то роль в разжигании смуты в России. Источники? Никаких источников. Если не считать "Германия и русская революция. Тайна Октябрьской революции. Ленин и немецко-большевистский заговор". Спб., 2011. С.209-220. Но там ссылка только на то, что Гинденбург и Людендорф нелестно отзывались о большевиках.
2010 год, крупный уважаемый журнал... Ой, мама родная...
К счастью, на этом непонятки кончились - во всяком случае, больше я ляпов не заметил. Кстати, любопытный штрих. Принято считать, что Троцкий разорвал самовольно переговоры в Бресте (хотя у него было какое-то мутное соглашение с Лениным). Однако когда Германия захватила советскую листовку с призывом убивать офицеров и кайзера, она решила требовать всего и сразу. Кайзер отправил телеграмму, в которой приказывал - ультимативно потребовать у большевиков всю оккупированную территорию плюс Прибалтику, иначе начать войну. Гинденбург вообще приписал к телеграмме, что войска восстановят свою честь вне зависимости от решения советской стороны. Так что, думается, наступали бы они в любом случае. А знаменитая формула Троцкого, оглашенная в тот же день, немецких военных и дипломатов хотя бы изрядно удивила, и тот же Гинденбург даже пожал плечами: "Военная обстановка теперь запутывается до крайности".
А в остальном статья вполне на уровне и даже с привлечением иностранной литературы.
Т.О.Морозова. Николай Федорович Гикало // Вопросы истории. №, 2011.
Статья эта о советском партизанском вожаке на Северном Кавказе в 1918-1920. Татьяна Морозова - ростовская исследовательница, тесно работает с тамошними архивами, в том числе фондом красных партизан и красногвардейцев (кстати, вопреки мнению, проблемами обеспечения их власти занялись только в 30-е - до этого они были предоставлены сами по себе, от безысходности часто буянили и бунтовали, что и вызвало объединение их "сверху" в единую организацию).
Так что статья у Морозовой получилась подробная и на богатом архивном материале - не первая и не последняя. И одновременно - с откровенной неприязнью к персонажу. Морозова почему-то вбила в себе голову, что Гикало - хитрый карьерист с авторитарными наклонностями. И пытается, значит, подобрать этому доказательства. Деньги, к примеру, требовал из Центра для подкупа пратизан. Лично мне в этом плане статья показалась неубедительной - я вас умоляю, попробуйте без диктаторства, приукрашиваний в отчетах и денег сколотить на Северном Кавказе из воинствующих абреков, в окружении деникинцев и мусульманских националистов, действующий и дисциплинированный партизанский отряд. Смешно говорить, что такое возможно без помощи из центра. А успехи Гикало в этом направлении никто не оспаривает, даже сама же Морозова. Она всецело подтверждает - малочисленный (200 человек), но очень крепкий отряд Гикало был организован настолько, насколько это было в тех условиях возможно.
"Гусев старался покупать товары централизованно, тогда выходило дешевле. Он так же ведал мастерскими в Шатое, которые обеспечивали нужды отряда. 26 января 1920 г. он отчитывался, что через день-два будет готов "взвод красноармейцев, одетых почти с иголочки, с ружьями с 60 патронами в патронташах и с несколькими тысячами патронов на подводе" (с.48)
"Федоров, начальник полиотдела связи, в донесении от 25 февраля 1920 г. просил: "Тов.Гикало, сегодня отобрано на поезде один полушубок, две пары ботинок, 7 пудов кишмишу и много другого. Разрешите взять полушубок, две пары ботинок и 1 пуд кишмишу и винтовки, так как люди раздеты и обезоружены" (с.49).
А добился прекращения грабежей Гикало прсотым, но эффективным способом - проштрафившихся грабителей судили прилюдно партийным судом за малейшие ошибки и переводили в обозы, а то и просто изгоняли. В конечном счете оказалось выгоднее согласовывать реквизиции с командованием, чем грабить.
Непонятно, о чем речь, когда Морозова заявляет, что отряд "был разношерстный" - китайцы, австрийцы, чеченцы, татары и даже один индийский офицер из частей Персидского фронта - Муртазалли (Тамарин В. Пустота / Красная новь. 1921. №3, с.74). Тоже мне. Покажите национально однородный отряд того времени - в советской науке это вообще трактовалось как "интернациональное единство революционных партизан". В том числе и индиец Муртазалии (Дружба народов. №10, 1957. с.164).
В остальном, если не считать натужных попыток представить Гикало хуже, чем он был, статья нормальная.
П.В.Макаренко. Большевики и Брестский мир // Вопросы истории. №1, 2010.
Павел Васильевич - профессор нашей лесотехнической академии, историк, глава кафедры, пишет вроде бы про историю советско-немецких связей и т.д. в 1918 г. Одну его статью я даже сканил. Но вот эта работа меня удивила. Фактологические натяжки и ошибки - с первых же страниц. Я извиняюсь, но разве можно утверждать, что преложение большевиков после революции заключить всеобщий мир без аннексий и контрибуций - это не просто полиитческий трюк, но и попытка предотвратить интервенцию Антанты? Какая, на фиг, интервенция, до Брестского мира? Об этом тогда и речи не было, ибо чтобы ждать интервенции, сначала нужно дождаться, когда враг хотя бы воспримет тебя всерьез, а европейские правительства с этим тянули до последнего.
Не менее смешно, когда со ссылкой на какого-то британца или американца Макаров утверждает, что "Декрет о мире" не предлагал ничего нового по сравнению с декларацией Вудро Вильсона в январе 1917 г. Это, скажем так, еще в советской историографии было рассмотрено. Как и причины декларации Вильсона - который через три месяца объявил войну Германии. См. Гершов 3.М. Вудро Вильсон. М., 1983.
Также странно, когда Макаров пишет о том, что перемирие на фронте позволило Германии высвободить войска для Западного фронта. Это так. Но вот кто сказал, что немцы ради этого "терпели братание с русскими" и к русским солдатам ходили одни и те же агитаторы"? Ссылка на Фельштинского? Вы смеетесь? Да не нужно быть семи пядей во лбу, чтбы понять - именно братание и разложение рядом с рускими солдатами были не последними причинами, почему немецких солдат перебрасывали на Западный фронт. Они, в конце концов, об этом сами пишут.
Но окончательно я уронил челюсть на стол, когда Павел Васильевич ничтоже сумняшеся стал писать о немецких деньгах для русской революции. На стр.9. Так и пишет - немцы решили прекратить финансирование большевиков, так как это было уже невыгодно, а немецкие деньги могли сыграть какую-то роль в разжигании смуты в России. Источники? Никаких источников. Если не считать "Германия и русская революция. Тайна Октябрьской революции. Ленин и немецко-большевистский заговор". Спб., 2011. С.209-220. Но там ссылка только на то, что Гинденбург и Людендорф нелестно отзывались о большевиках.
2010 год, крупный уважаемый журнал... Ой, мама родная...
К счастью, на этом непонятки кончились - во всяком случае, больше я ляпов не заметил. Кстати, любопытный штрих. Принято считать, что Троцкий разорвал самовольно переговоры в Бресте (хотя у него было какое-то мутное соглашение с Лениным). Однако когда Германия захватила советскую листовку с призывом убивать офицеров и кайзера, она решила требовать всего и сразу. Кайзер отправил телеграмму, в которой приказывал - ультимативно потребовать у большевиков всю оккупированную территорию плюс Прибалтику, иначе начать войну. Гинденбург вообще приписал к телеграмме, что войска восстановят свою честь вне зависимости от решения советской стороны. Так что, думается, наступали бы они в любом случае. А знаменитая формула Троцкого, оглашенная в тот же день, немецких военных и дипломатов хотя бы изрядно удивила, и тот же Гинденбург даже пожал плечами: "Военная обстановка теперь запутывается до крайности".
А в остальном статья вполне на уровне и даже с привлечением иностранной литературы.