От Латинской Америки до Северной
Главный вывод состоит в то, что, опираясь в основном на городскую неофициально занятую бедноту, левые Розового прилива остались без того типа власти, который необходим для реализации радикальных программ. Бессилие создало порочный круг. Лучшее, что могли сделать правительства Розового прилива для удовлетворения интересов своих сторонников, оказавшись не в состоянии сломать неолиберальную модель, — это направить средства от внешней торговли бедным массам. Такой подход сформировал порочную петлю обратной связи между политической выгодой сырьевого экспорта и новыми формами клиентелизма. Вместо того чтобы разрабатывать стратегию реализации радикальных освободительных и эгалитарных программ с опорой на структурно влиятельную социальную силу, Розовой прилив был вынужден менять мобилизованную поддержку на патронаж. Такая подмена лишила левых базы социальной поддержки. Договор рухнул, как только закончилось экспортное благоденствие. Структурная слабость подорвала режимы Розового прилива в большей степени, чем саботаж элит.
Рене Рохас. Колледж Хобарта и Уильяма Смита, США. Приливы и отливы в движении латиноамериканских левых // Sociology of Power. Vol. 30. № 4 (2018). P. 147-206.
Можно почитать и весь номер.
— На самом деле это решаемо, но лишь средствами, которые сейчас уже недоступны американской политической системе. Я имею в виду средства плановой экономики, которые применялись во времена Великой депрессии и Второй мировой войны. Сегодня политическая система Соединенных Штатов, лишившись доверия собственных граждан и уверенности элит в успехе, не может проводить никакие решения согласованно и целенаправленно. Кстати, не так уж далеко от брежневских времен у нас: решения могут предлагаться, обсуждаться, и даже иногда приниматься, но не проводиться в жизнь. Тем более сколь-нибудь долгосрочные. Взаимная вендетта правящих партий США, по сути, растянутое коллективное самоубийство. Что в классовой борьбе, между прочим, бывает. От чего бывают революции? Когда раскалывается правящий класс и его фракции друг друга блокирует. Появление Трампа, как я уже сказал, есть, в сущности, типичная «цветная революция» в самой Америке.
Профессор Нью-Йоркского университета в Абу-Даби Георгий Дерлугьян: «Решения 1970-х годов оборачиваются жесточайшим кризисом в 1990-е, в 2000-е». Надежного выхода из него пока не видно.
Рене Рохас. Колледж Хобарта и Уильяма Смита, США. Приливы и отливы в движении латиноамериканских левых // Sociology of Power. Vol. 30. № 4 (2018). P. 147-206.
Можно почитать и весь номер.
— На самом деле это решаемо, но лишь средствами, которые сейчас уже недоступны американской политической системе. Я имею в виду средства плановой экономики, которые применялись во времена Великой депрессии и Второй мировой войны. Сегодня политическая система Соединенных Штатов, лишившись доверия собственных граждан и уверенности элит в успехе, не может проводить никакие решения согласованно и целенаправленно. Кстати, не так уж далеко от брежневских времен у нас: решения могут предлагаться, обсуждаться, и даже иногда приниматься, но не проводиться в жизнь. Тем более сколь-нибудь долгосрочные. Взаимная вендетта правящих партий США, по сути, растянутое коллективное самоубийство. Что в классовой борьбе, между прочим, бывает. От чего бывают революции? Когда раскалывается правящий класс и его фракции друг друга блокирует. Появление Трампа, как я уже сказал, есть, в сущности, типичная «цветная революция» в самой Америке.
Профессор Нью-Йоркского университета в Абу-Даби Георгий Дерлугьян: «Решения 1970-х годов оборачиваются жесточайшим кризисом в 1990-е, в 2000-е». Надежного выхода из него пока не видно.