Недавно мне попали в руки сканы колчаковских газет из Новониколаевска: Русская речь и Военные ведомости. Газеты я как-нибудь выложу на рутрекер, а пока буду делать интересные выписки по устоявшейся традиции. Итак, начнем.
Письмо в редакцию
Господин редактор!
В Вашей газете появилась хроникерская заметка о пропаже из канцелярии местной следственной комиссии документов и бумаг, следствием чего было опечатание дел выше упомянутой комиссии.
Считаю необходимым добавить к этому следующее: 10 сентября, в газете "Сибирская Речь" была напечатана такая корреспонденция:
Считаю своим долгом довести до сведения общества и заинтересованных учреждений о нижеследующем:
На пятый или шестой день после переворота в гор. Новониколаевске я был караульным начальником на бывшей гауптвахте 17 сибирского стр. зап. полка. Один из караульных обратил мое внимание на отдельную одиночную камеру, расположенную между караульным помещением и отхожим местом. Камера имела следующий вид. Пол и нары были залиты еще не совсем засохшей кровью. Нары с нижней стороны еще больше залиты кровью и истыканы чем-то острым, вероятнее всего - штыком. На стене местами также виднелись небольшие красно-бурые пятна и следы удара штыком. На той же стене висели прилипшие два кусочка мяса. В камере стоял трупный запах от гниющей крови.
Впечатление создавалось самое жуткое и отвратительное. Я сразу подумал, что здесь был большевистский застенок и, следовательно, кровь и кусочки мяса в камере - человеческие. В тот же день вечером я словесно доложил об этом командир полка полковнику Ясныгину (он же был начальником гарнизона). Камеру осматривали также подполковник Перчук (ныне начальник снабжения в г. Иркутск), воинский начальник полковник Злобнин и многие офицеры.
Ходили туда же члены следственной комиссии.
Через несколько дней я сдал в редакцию новониколаевской газеты "Народная Сибирь" корреспонденцию, где изложил все вышесказанное. Корреспонденцию обещали напечатать на другой же день. Так как ни на другой, ни на третий день корреспонденция напечатана не была, то я опять пошел в редакцию. Редактор Казаков мне ответил, что корреспонденцию напечатают после обследования камеры следственной комиссией и что кровь для производства анализа отослана в город Томск. "В противном случае неудобно, - будут обвинять газету в травле большевиков", прибавил он.
Вскоре после этого я уехал на фронт. Вернувшись на днях в Новониколаевск, я узнал, что дело о застенке до сих пор не передано гласности. Незадолго до моего отъезда из N полка, там был получен запрос, куда делись банки с кровью для анализа. Полк, пробывший все время на фронте, ничего об этом не знал.
Член следственной комиссии, к которому я на днях обращался за разъяснением по этому вопросу, ответил: "Мы об этом, правда, слышали, но ничего не знаем. Это делалось частным порядком"...
Для меня непонятно, почему редакция газеты "Народная Сибирь" в свое время не передала этого дела гласности и еще более непонятно, как могла следственная комиссия допустить, чтобы исследование велось "частным порядком"...
Будучи глубоко уверен, что в упомянутой камере был действительно застенок, а не скотобойня или кухня, обращаюсь с вопросами к следственной комиссии и заинтересованным учреждениям:
1. Что сделано следственной комиссией для выяснения этого дела?
2. Куда делись банки с кровью для анализа?
3. Сообщалось ли следственной комиссией кому-либо об этом деле?
4. Известно ли об этом заинтересованным правительственным учреждениям?
Общество вправе и должно знать правду, как и то, насколько облеченныя доверием народа учреждения отвечают своему назначению.
Ответа от следственной комиссии не последовало.
Теперь, после сделанных разоблачений, становится понятным такая молчаливость облеченного доверием народа учреждения".
Владимир Я.
Издатель: А. И. Зверев
Редакционный коллектив.
Ответственный редактор Я. Л. Белоблоцкий.
Русская речь. №4. 6 октября 1918 г.
Самое забавное в этой истории - что автор почему-то свято уверен, что застенок был именно большевистским. И что "облеченные доверием народа учреждения" вообще обязаны перед ним отчитываться.
Кстати, та же самая газета в номере 9 от 14 октября на полном серьезе критиковала думу Барнаула за то, что она интересуется увозом из городской тюрьмы пленных большевиков, а Комитет Союза Земств и Городов Сибири - за то, что он потребовал назначить расследование убийства Новоселова. И это трактуется как "политиканство" эсеров. А на следующем абзаце авторы тоскуют по поводу социалистического угара, который еще не выветрился в городах, и требуют поменять избирательный закон. Какая потрясающая наглость.
К ликвидации рабочих волнений в Томской губернии
Омск, 17-10. "СТА". Управляющий Министерства Внутренних Дел - Старынкевич, послал следующую руководящую телеграмму Томскому губерн. комиссариату:
- По поводу вашего доклада о ликвидированных волнениях в Томской губернии среди чисто рабочих государственных предприятий в связи с переходом к сдельной плате труда, разъясняю совершенную необходимость для государства - требовать повышения производительности труда в целях восстановления правильного функционирования железных дорог и обслуживающих их предприятий, сообщаю решение правительства по установлению сдельной оплаты труда.
Поэтому, как агитация противогосударственных сообществ, сознательно направленная к затемнению чувств гражданского долга и правильно принимаемых интересов рабочего класса для целей расстройства тыла армии и стратегических путей, так и агитация, пытающаяся связать те или иные политические достижения с некоторыми волнениями в рабочей среде, должны быть пресекаемы самыми решительными законными мерами. Вместе с тем, правительство, на коем лежит обязанность защиты законных и справедливых интересов всех классов при введении сдельной оплаты труда, озаботилось также и тем, чтобы переход к сдельной оплате прошел безболезненно и не понижал заработка рабочего при нормальной интенсивности труда, почему должны быть учреждены особые комиссии с представительством рабочих для справедливого определения расценок.
Но имейте в виду, что установление или пересмотр расценок не должны ни на один час прерывать работу государственных предприятий.
Русская речь. №14. 19 октября 1918 г.
Приказ Сибирской армии №95
Официально 18 октября 1918 г. город Омск. В настоящий момент, когда большевики, взявшие Самару, продолжают свое наступление, когда по железным дорогам перебрасываются наши войска, в этот момент всякая забастовка на железных дорогах является изменой родине и армии. С изменниками помогающими в нашем тылу немцам и большевикам, армия разговаривать не может, поэтому ввиду продолжающихся на с. Омск и в ее главных мастерских забастовок некоторых служащих, мастеровых и рабочих, приказываю командиру 2-го Степного Армейского корпуса принять немедленно следующие меры:
1) Назначить одного общего начальника, коему подчинить все части войск, находящихся на ст. Омск-Куломзино и на разъезде №753, а также второй батальон отряда по охране железных дорог, железнодорожную милицию, заведывающего передвижением войск, коменданта ст. Омск и всю железнодорожную администрацию, как управления Омской жел. дор., так и вышеупомянутых станций. 2) Принять самые решительные меры к ликвидации забастовки включительно до расстрела на месте агитаторов и лиц, активно мешающих возобновлению работ; 3) Немедленно арестовать всех членов стачечного главного дорожного районного комитетов Омской жел. дор. 4) Предельным сроком явки всех бастующих на службу и работы дороги определяю 19 октября в 6 часов утра. Кроме того немедленно поставить на работу железнодорожные роты и принять все меры к тому, чтобы работа дороги не останавливалась ни на одну минуту.
За командующего армией генерального штаба генерал-майор Белов
Попытка железнодорожной забастовки. В 12 час. ночи на 19 октября часть рабочих железнодорожного депо не вышла в ночной смене на работу. Одновременно в депо появились прокламации с требованиями железнодорожников. Находящимся на станции командиром средне-сибирского корпуса ген.-майором Пепеляевым был издан приказ с предписанием предать подстрекателей военно-полевому суду. Ночью, и вчера днем было арестовано человек 9 рабочих депо. Вчера в депо работы производились - не явилась на работу незначительная часть рабочих.
Русская речь. №15. 20 октября 1918 г.
Это о тех волнениях, которые в том числе красильниковцы расстрелами прекратили.
Оренбург. Председатель военной комиссии полковник Доможиров выступил с докладом по вопросу об амнистии казакам, находящимся в рядах красной армии. Читается воззвание. В воззвании казаки-красноармейцы призываются раскаяться в совершенном страшном преступлении перед казачеством, обратить оружие против насильников - большевиков уничтожить их и затем с оружием возвратиться к своим.
Огласив воззвание, комиссия постановила опубликование такого обращения, как позорящего доброе имя казачества, категорически овергнуть
...
Енборисов: - Если бы сами раскаялись и покончили сволочь, среди которой находятся, тогда каждый отец принял был своего сына с распростертыми руками, как блудного сына. Но они не думают сами сделать это и продолжают жечь родные наши станицы.
И мы должны быть мужественны. Мы должно быть в некотором роде Тарасом Бульбой. Они нам не нужны и всякое обращение к ним надо отвергнуть.
...
Русская речь. № 29. 7 ноября 1918 г.
Этот тот самый казак Енборисов, который со спокойной душой расстрелял своего сына, что со своим отрядом перебежал к нему от Блюхера. Я читал недавно переизданные воспоминания этого гражданина. На редкость мерзкий, жестокий, глупый и необразованный персонаж, фанатик и националист до мозга костей. Он потом еще в крестоносцы поступил.
Тарас Бульба хренов.
Письмо в редакцию
Господин редактор!
В Вашей газете появилась хроникерская заметка о пропаже из канцелярии местной следственной комиссии документов и бумаг, следствием чего было опечатание дел выше упомянутой комиссии.
Считаю необходимым добавить к этому следующее: 10 сентября, в газете "Сибирская Речь" была напечатана такая корреспонденция:
Считаю своим долгом довести до сведения общества и заинтересованных учреждений о нижеследующем:
На пятый или шестой день после переворота в гор. Новониколаевске я был караульным начальником на бывшей гауптвахте 17 сибирского стр. зап. полка. Один из караульных обратил мое внимание на отдельную одиночную камеру, расположенную между караульным помещением и отхожим местом. Камера имела следующий вид. Пол и нары были залиты еще не совсем засохшей кровью. Нары с нижней стороны еще больше залиты кровью и истыканы чем-то острым, вероятнее всего - штыком. На стене местами также виднелись небольшие красно-бурые пятна и следы удара штыком. На той же стене висели прилипшие два кусочка мяса. В камере стоял трупный запах от гниющей крови.
Впечатление создавалось самое жуткое и отвратительное. Я сразу подумал, что здесь был большевистский застенок и, следовательно, кровь и кусочки мяса в камере - человеческие. В тот же день вечером я словесно доложил об этом командир полка полковнику Ясныгину (он же был начальником гарнизона). Камеру осматривали также подполковник Перчук (ныне начальник снабжения в г. Иркутск), воинский начальник полковник Злобнин и многие офицеры.
Ходили туда же члены следственной комиссии.
Через несколько дней я сдал в редакцию новониколаевской газеты "Народная Сибирь" корреспонденцию, где изложил все вышесказанное. Корреспонденцию обещали напечатать на другой же день. Так как ни на другой, ни на третий день корреспонденция напечатана не была, то я опять пошел в редакцию. Редактор Казаков мне ответил, что корреспонденцию напечатают после обследования камеры следственной комиссией и что кровь для производства анализа отослана в город Томск. "В противном случае неудобно, - будут обвинять газету в травле большевиков", прибавил он.
Вскоре после этого я уехал на фронт. Вернувшись на днях в Новониколаевск, я узнал, что дело о застенке до сих пор не передано гласности. Незадолго до моего отъезда из N полка, там был получен запрос, куда делись банки с кровью для анализа. Полк, пробывший все время на фронте, ничего об этом не знал.
Член следственной комиссии, к которому я на днях обращался за разъяснением по этому вопросу, ответил: "Мы об этом, правда, слышали, но ничего не знаем. Это делалось частным порядком"...
Для меня непонятно, почему редакция газеты "Народная Сибирь" в свое время не передала этого дела гласности и еще более непонятно, как могла следственная комиссия допустить, чтобы исследование велось "частным порядком"...
Будучи глубоко уверен, что в упомянутой камере был действительно застенок, а не скотобойня или кухня, обращаюсь с вопросами к следственной комиссии и заинтересованным учреждениям:
1. Что сделано следственной комиссией для выяснения этого дела?
2. Куда делись банки с кровью для анализа?
3. Сообщалось ли следственной комиссией кому-либо об этом деле?
4. Известно ли об этом заинтересованным правительственным учреждениям?
Общество вправе и должно знать правду, как и то, насколько облеченныя доверием народа учреждения отвечают своему назначению.
Ответа от следственной комиссии не последовало.
Теперь, после сделанных разоблачений, становится понятным такая молчаливость облеченного доверием народа учреждения".
Владимир Я.
Издатель: А. И. Зверев
Редакционный коллектив.
Ответственный редактор Я. Л. Белоблоцкий.
Русская речь. №4. 6 октября 1918 г.
Самое забавное в этой истории - что автор почему-то свято уверен, что застенок был именно большевистским. И что "облеченные доверием народа учреждения" вообще обязаны перед ним отчитываться.
Кстати, та же самая газета в номере 9 от 14 октября на полном серьезе критиковала думу Барнаула за то, что она интересуется увозом из городской тюрьмы пленных большевиков, а Комитет Союза Земств и Городов Сибири - за то, что он потребовал назначить расследование убийства Новоселова. И это трактуется как "политиканство" эсеров. А на следующем абзаце авторы тоскуют по поводу социалистического угара, который еще не выветрился в городах, и требуют поменять избирательный закон. Какая потрясающая наглость.
К ликвидации рабочих волнений в Томской губернии
Омск, 17-10. "СТА". Управляющий Министерства Внутренних Дел - Старынкевич, послал следующую руководящую телеграмму Томскому губерн. комиссариату:
- По поводу вашего доклада о ликвидированных волнениях в Томской губернии среди чисто рабочих государственных предприятий в связи с переходом к сдельной плате труда, разъясняю совершенную необходимость для государства - требовать повышения производительности труда в целях восстановления правильного функционирования железных дорог и обслуживающих их предприятий, сообщаю решение правительства по установлению сдельной оплаты труда.
Поэтому, как агитация противогосударственных сообществ, сознательно направленная к затемнению чувств гражданского долга и правильно принимаемых интересов рабочего класса для целей расстройства тыла армии и стратегических путей, так и агитация, пытающаяся связать те или иные политические достижения с некоторыми волнениями в рабочей среде, должны быть пресекаемы самыми решительными законными мерами. Вместе с тем, правительство, на коем лежит обязанность защиты законных и справедливых интересов всех классов при введении сдельной оплаты труда, озаботилось также и тем, чтобы переход к сдельной оплате прошел безболезненно и не понижал заработка рабочего при нормальной интенсивности труда, почему должны быть учреждены особые комиссии с представительством рабочих для справедливого определения расценок.
Но имейте в виду, что установление или пересмотр расценок не должны ни на один час прерывать работу государственных предприятий.
Русская речь. №14. 19 октября 1918 г.
Приказ Сибирской армии №95
Официально 18 октября 1918 г. город Омск. В настоящий момент, когда большевики, взявшие Самару, продолжают свое наступление, когда по железным дорогам перебрасываются наши войска, в этот момент всякая забастовка на железных дорогах является изменой родине и армии. С изменниками помогающими в нашем тылу немцам и большевикам, армия разговаривать не может, поэтому ввиду продолжающихся на с. Омск и в ее главных мастерских забастовок некоторых служащих, мастеровых и рабочих, приказываю командиру 2-го Степного Армейского корпуса принять немедленно следующие меры:
1) Назначить одного общего начальника, коему подчинить все части войск, находящихся на ст. Омск-Куломзино и на разъезде №753, а также второй батальон отряда по охране железных дорог, железнодорожную милицию, заведывающего передвижением войск, коменданта ст. Омск и всю железнодорожную администрацию, как управления Омской жел. дор., так и вышеупомянутых станций. 2) Принять самые решительные меры к ликвидации забастовки включительно до расстрела на месте агитаторов и лиц, активно мешающих возобновлению работ; 3) Немедленно арестовать всех членов стачечного главного дорожного районного комитетов Омской жел. дор. 4) Предельным сроком явки всех бастующих на службу и работы дороги определяю 19 октября в 6 часов утра. Кроме того немедленно поставить на работу железнодорожные роты и принять все меры к тому, чтобы работа дороги не останавливалась ни на одну минуту.
За командующего армией генерального штаба генерал-майор Белов
Попытка железнодорожной забастовки. В 12 час. ночи на 19 октября часть рабочих железнодорожного депо не вышла в ночной смене на работу. Одновременно в депо появились прокламации с требованиями железнодорожников. Находящимся на станции командиром средне-сибирского корпуса ген.-майором Пепеляевым был издан приказ с предписанием предать подстрекателей военно-полевому суду. Ночью, и вчера днем было арестовано человек 9 рабочих депо. Вчера в депо работы производились - не явилась на работу незначительная часть рабочих.
Русская речь. №15. 20 октября 1918 г.
Это о тех волнениях, которые в том числе красильниковцы расстрелами прекратили.
Оренбург. Председатель военной комиссии полковник Доможиров выступил с докладом по вопросу об амнистии казакам, находящимся в рядах красной армии. Читается воззвание. В воззвании казаки-красноармейцы призываются раскаяться в совершенном страшном преступлении перед казачеством, обратить оружие против насильников - большевиков уничтожить их и затем с оружием возвратиться к своим.
Огласив воззвание, комиссия постановила опубликование такого обращения, как позорящего доброе имя казачества, категорически овергнуть
...
Енборисов: - Если бы сами раскаялись и покончили сволочь, среди которой находятся, тогда каждый отец принял был своего сына с распростертыми руками, как блудного сына. Но они не думают сами сделать это и продолжают жечь родные наши станицы.
И мы должны быть мужественны. Мы должно быть в некотором роде Тарасом Бульбой. Они нам не нужны и всякое обращение к ним надо отвергнуть.
...
Русская речь. № 29. 7 ноября 1918 г.
Этот тот самый казак Енборисов, который со спокойной душой расстрелял своего сына, что со своим отрядом перебежал к нему от Блюхера. Я читал недавно переизданные воспоминания этого гражданина. На редкость мерзкий, жестокий, глупый и необразованный персонаж, фанатик и националист до мозга костей. Он потом еще в крестоносцы поступил.
Тарас Бульба хренов.